В тронном зале освободили место для большого количества людей, вдоль стен стояли стойки с напитками и закусками, кристаллы источали свежий воздух, мягкий свет и музыку. По стенам медленно ползали лианы с белыми цветками. Конрад с Кайлой танцевали под пронзительные, будто завывания ветра, песни северных народов. Кайла с раннего детства занималась танцами и, как сообщила мне по секрету, одно время собиралась сбежать из Дворца и посвятить себя любимому занятию в одной из её обожаемых клубов-оранжерей. Не знаю, кто выбил из девочки эту дурь, но подозрения имеются. Регент Рихард разговаривал с министрами, а я с оставшейся компанией, то есть с Юджином, Серджиусом и Иоландой (Вадим не появлялся в поле моего зрения уже пару дней, стыдно признаться, но я забыла о его существовании) подошла к стойке с напитками, где высились разноцветный кристаллы-кувшины, тонкие стеклянные стаканы, на тарелках лежали горькие леденцы, орехи Мамбо с соусами.
Юджин выглядел таким довольным, что аж неловко было. Вроде бы я к этому причастна, но как бы и ничему особенно радоваться. Ему так точно.
— Ты действительно поверил, что я предварительно не прочитал речь Марты? — спросил Юджин у разъярённого Серджиуса.
— Представь себе, да…
Значит, он читал мои записи! Уже готовясь сказать ему, что его королевское высочество редкостный негодяй, я остыла, мой праведный гнев быстро испарился, тем более что вместо меня усердствовал Серджиус, который многословно рассказывал о том, почему это подло, низко и гадко, но я его не слушала, только пила вишнёвку, горькую как настойку из редьки. Напиток невкусный, зато от него так хорошо (причём тут вишни, я не знаю)… Юджин увёл подальше от меня этого внезапного скандалиста, оставив нас с Иоландой наедине. На адреналине после успеха, с головой затуманенной поцелуем и омерзительной на вкус вишнёвкой, я не заметила, как со мной заговорили.
— Что, прости? — переспросила я.
— Я просила прощения за то, — спокойно повторила Иоланда, — что починка портала затягивается. Из-за непредвиденных обстоятельств у меня не было достаточно времени…
— Да о чём речь.
Я махнула рукой. Нужен мне теперь этот портал. Наблюдая за лианой, ползущей по стене, я ощущала некоторую неловкость. У нас с Иоландой пока не складывались отношения. Я её не понимала, и она, вероятно, не понимала меня.
Иоланда затихла, её взгляд прочертил неуверенную кривую по всей зале, и она сказала не своим, бесстрастным холодным тоном, а жалобным, срывающимся голосом:
— Спасёшь его дважды, а на третий не сможешь.
У меня по спине пробежало целой полчище мурашек. Я отставила стакан на столик, чтобы ненароком не уронить. Ну, не стала бы она меня пугать просто потому, что мы стояли в неловком молчании.
— Что ты сказала?
Она повторила свои слова про портал как ни в чем не бывало.
— Нет, после этого!
Иоланда удивлённо моргнула.
— Ничего, больше ничего я не говорила.
— Это было похоже на предсказание, — я возбуждённо взмахнула руками, — ты сказала что-то про чье-то спасение.
— Ах, это… — она меланхолично вздохнула. — Не обращай внимания. Я очень слабый предсказатель, меня за это и не стали удерживать в Храме, а отдали служить во Дворец.
Кажется, это большее количество личной информации из того, что она сообщила о себе за всё время. Меня это в некоторой степени восхищало, поскольку я-то не умею держать при себе никакую информацию, всё умудряюсь растрепать. Словом, шпиона из меня не вышло бы.
Хотя Иоланда и не склонна к лукавству, слабо верилось, что она не может предсказывать будущее. Её магическая сила была невероятно велика, Иоланда могла убить человека с помощью одной чистой силы, без заклинаний и подручных средств — просто раздавить, загасить тлеющий огонёк жизни. И вдруг она чего-то не может? Невероятно. И что она имела в виду? Это было предсказание? Кого я не спасу? Юджина? Отчего?
— Не обращай внимания, — ещё раз сказала Иоланда, — я же говорю, мои предсказания сбываются очень редко.
Есть же те люди, с которым случаются все те вещи, которые происходят «редко», «в исключительных случаях», «если очень не повезёт». Так вот я тот самый человек, и не обращать внимания не выходит!
И я вышла из Дворца, чтобы охладиться. На улице стояла жара, что впервые заставило меня мечтать о снеге, который, должно быть, уже выпал в Москве.
Вроде бы прошло только несколько дней, а первая девчонка, которую я увидела в Городе, была одета в платье с крупным цветочным узором. Её ярко-синие глаза были того же цвета, что и цветы, похожие на пышные астры, на её платье. Она узнала меня и в знак приветствия дважды хлопнула правой ладонью по левой. Так здоровались с людьми издалека. Я смиренно, как полагается будущей королеве, чуть склонила голову, отчего девушка заулыбалась от уха до уха, с гордостью расправляя юбку.
