Свадьба Блэйр расстроилась: ее жених оказался подлецом. Но как же быть? Ведь церемония должна состояться на корабле, который находится в открытом морс. Выход один — прыгать за борт. И Блэйр прыгнула…
Откинув вуаль, Блэйр Томасон открыла записную книжку и пробежала глазами окончательный свадебный список.
Ровно в семнадцать минут девятого, когда садящееся солнце окутает золотыми лучами Мексиканский залив, Блэйр станет миссис Арманд Луис Хорхе де Мура ло Сантро-и-Чиапис-Чикас-и-Баррантес. Или Чикас-Чиапис? Блэйр поставила галочку — надо уточнить. Арманд редко употреблял свое полное имя, а когда Блэйр спросила, почему оно такое длинное, сослался на какие-то королевские корни в истории их рода.
В каюту постучали.
— Блэйр, дорогая!
— Арманд! — Блэйр кинулась к двери. — Ты же знаешь, что видеть невесту перед свадьбой — плохая примета.
Из коридора послышалось хихиканье, и голос с сильным акцентом произнес:
— Я видел тебя днем, когда мы садились на корабль. Я смотрел и восхищался, как ты мастерски управляешься с экипажем.
Блэйр улыбнулась. Хорошо, что он это заметил, потому что отныне организация изысканных развлечений будет одной из ее обязанностей.
— Но на мне тогда не было подвенечного платья.
— Моя дорогая, не думай о платье. Это всего лишь гражданская церемония. В Аргентине нас обвенчает в фамильной церкви де Мура священник, который меня крестил. На тебе будет кружевная мантилья — та, что носили до тебя поколения невест рода де Мура.
Блэйр прижала к груди записную книжку и вздрогнула. Поколения. Род. Она вздохнула, вспомнив, что никто из многочисленной семьи Арманда так и не явился на свадьбу. Но и из ее семьи никто не приехал…
— Я не позволю, чтобы моей невесты коснулся вонючий смрад скандала, — заявил Арманд. — Поскольку не нашлось подруги, чтобы тебя сопровождать, мы поедем в Аргентину под защитой светской респектабельности.
Интересно, каким будет ее медовый месяц? Они с Армандом еще не… Да, Арманд очень трепетно относился к ее чести. Она может предстать перед его семьей с легким сердцем.
— Моя дорогая, — сказал он, — у меня сломалась запонка, и я хотел бы взять другую пару из сейфа.
— Все гости в салоне?
— Думаю, да.
— Хорошо. Тогда я смогу выскользнуть и еще разок все проверить. Отвернись, — скомандовала Блэйр.
Когда она открыла дверь, Арманд, как и полагается человеку чести, стоял к ней спиной.
Господи, какая же я счастливая! — думала Блэйр, перекидывая через руку шлейф своего платья и забираясь на верхнюю палубу. Правда, ее родители не соизволили явиться на свадьбу дочери, но Арманд и бровью не повел в знак неодобрения. Он просто предложил гражданскую церемонию, чтобы избежать кривотолков.
Первый раз в жизни Блэйр чувствовала себя защищенной. Кто-то заботится о ней, кто-то о ней думает.
Нежданно-непрошено в памяти всплыл неуместный совет матери: «Сперва выходи замуж ради денег, а уж потом можешь позволить себе обрести счастье с любимым. Я все перепутала, и смотри, что со мной произошло». Действительно, мать Блэйр выходила замуж столько раз, что Блэйр уже не помнила, был ли ее теперешний муж деньгами или любовью.
Она достигла верхней палубы и осмотрела ее. Пусть предстоит только гражданская церемония, но свадьба есть свадьба, и Блэйр требовались обычные свадебные финтифлюшки, чтобы почувствовать реальность происходящего.
Подобная небрежность была не в ее стиле, но в течение целых двух недель она занималась подготовкой к свадьбе, и времени хватало лишь на то, чтобы поразмыслить, как она будет жить в чужой стране.
Блэйр поправила ряд складных кресел: Арманд и его друзья непременно заметят такую деталь, как неровные ряды. Дернула белую атласную дорожку и натянула ее. Два букета белоснежных роз стояли по бокам створчатой решетки.
Она нахмурилась. Решетка, украшенная огромным белым бантом, не очень уместно смотрелась на корабле и к тому же портила панораму заката. Ленты банта развевались на ветру, который явно набирал силу.
Итак, от решетки надо избавиться. Но куда же она ее денет? Рядом нет никого, чтобы помочь. Гости, друзья Арманда, сейчас наслаждаются изысканными закусками в салоне. Команда из двух человек задействована в качестве официантов. Музыканты все еще внизу. Великолепно.
