Под их ногами шуршали камешки, Юджи задумчиво шла за наставницей, пытаясь представить себе образ, послуживший названием для этой аллегории: вот стоит невеста, в красивом платье, в вуали, с букетом, а возле неё — не то сизый дым, не то белёсый туман. Действительно, красиво. И страшно! Потому, что рядом с тобой не кто-то живой и любимый, а только полупрозрачный, мутный туман, разлетающийся в клочья от порыва ветра или тающий под солнечными лучами…
Выходит, здесь её мама — "Невеста Тумана"…
Мать её мамы — тоже "Невеста Тумана"…
А она тогда кто? "Дочь Тумана"?!
"Нет, я не хочу! Как не претит мысль о замужестве, но чтоб ТАК… Бр-р-р!!!"
Погрузившись в столь печальные мысли, Юджи не заметила, как леди Элессента остановила её за руку. Пришли.
В самом центре некрополя стояла небольшая мраморная усыпальница. Седой до белизны эльф кивнул гостям и открыл тяжёлую дубовую дверь. Сразу же потянуло холодком. В глубине мерцали факелы — очевидно, зажженные специально к их приходу. Женщины прошли туда вдвоём, остальная свита стояла снаружи.
Спустившись по ступенькам, Юджи увидела, что впереди идёт большой длинный коридор. По бокам были ниши с саркофагами, вход в ниши был полуприкрыт статуями. Величественные короли и королевы, жрецы и воины, с мечами или жезлами, с посохами или букетами цветов — одни статуи были белоснежные, другие с плесневой прозеленью, в конце же коридора статуи были и вовсе потемневшие и с отбитыми частями. Леди Элессента остановилась возле одной статуи. Юджи подняла голову, приглядываясь в полутьме к статуе.
— О-ой! — Она прикрыла ладонью губы, чтоб не потревожить спящих тут.
На неё смотрел совсем молодой парень. На вид не старше Келлора, Зэлтана или других знакомых ей эльфов. Скульптор изобразил его в простой походной одежде, с тонкой улыбкой на беззаботном лице и передал даже тонкие косички на висках. Мрамор был белоснежным — видно, что статуя стоит здесь недавно. Юджи почувствовала необычное волнение. Леди Элессента никогда ничего не делала просто так, и Юджи уже возле входа в усыпальницу начала догадываться, что ей хотела сказать их покровительница.
— Это… это он? — прошептала она, повернувшись к эльфийке. У Юджи задрожали губы, захотелось расплакаться. — Это Тригалас?
Леди Элессента молчала, но даже её слова стали не нужны. Юджи снова посмотрела на статую и поняла, что уже видела это лицо.
Видела каждый день.
В зеркале.
Леди Элессента положила руку на её плечо, и Юджи расплакалась.
— Да, девочка. Его Высочество, Тригалас Эль-Далиан, твой настоящий отец.
Так вот он какой, мамин "туман"… Юджи покосилась в нишу за статую: там стоял саркофаг с полупрозрачной, слюдяной крышкой, однако разглядеть что-то ещё она не смогла. Леди Элессента проследила её взгляд и взяла Юджи за руку.
— Не надо… — мягко сказала она.
— А… мама знает? — вырвалось у Юджи. Леди Элессента покачала головой.
— Нет. Она, наверняка, догадывается, но спросить боится. Ей эти воспоминания принесут ещё большую скорбь.
— А я? Почему вы привели меня сюда?
— Что бы ты поняла, кем был твой отец. Что бы ты не стеснялась своего происхождения здесь, в Нэмэтаре. Пусть твоя мать и не стала Владычицей, хотя я и прилагала к этому все усилия, теперь это уже не важно. В конце концов, так было решено на Звёздном Кругу. Посмотри ещё раз на окружающих тебя королей прошлого, — леди Элессента обвела рукой стоящие статуи, — и пойми, что частички именно их крови текут по твоим жилам. Твой отец был наследным принцем старинного рода Эль-Далиан. Мы ведём его от самого первого Владыки — Нэмэталаса. Его имя теперь носит Нэмэтар.
Леди Элессента указала на стоявшую вдалеке статую, которая была грязно-зелёного цвета — увы, время безжалостно и к камню. Юджи посмотрела на сурового и величественного короля, стоявшего в полном боевом облачении, но снявшего шлем, казалось, на минуту, только для лучшего обзора поля битвы, да так и застывшего в камне. Потом обернулась на отца. Нет, Тригалас понравился ей гораздо больше.
Уже выходя из усыпальницы, Юджи подумала: "Теперь я понимаю маму… Такой красавец!"
— О чём задумалась? — спросила леди Элессента.
— Да так… Знаете, когда я узнала о том, что… ну, о том, что я не дочь моего отца… то есть… — Юджи не могла так сразу сформулировать и высказать всё то, что хотелось: — Тогда мне было стыдно. Честно! У нас на родине к бастардам и их матерям отношение, скажем так, не совсем мягкое. Это здесь "Невеста Тумана". А у нас — "шлюха". Господи, леди Элессента, да если мой отец… то-есть, Джон Уотерфолл, после такого женился на маме и дал мне своё имя, я никогда не перестану любить его, как отца. Даже теперь, когда он умер, а я знаю правду. Вы уж простите… Хотя, если совсем честно… теперь я понимаю и маму. Теперь понимаю: если Тригалас был хоть наполовину таким красивым, как его статуя, в него нельзя было не влюбиться.
Леди Элессента засмеялась:
— Поверь мне — скульптор не солгал. Тригалас и в самом деле был очень милым юношей. Когда хотел, разумеется. С Лорианой, на которой его хотели женить, он был совсем не таким.
— Расскажете?! А то от мамы и не дождёшься!
