Я молча рассматривала Урфину. На вид девушка вряд ли была старше меня и вдобавок обладала атлетической фигурой, сильно смахивающей на мою собственную. Из-за плеча воительницы виднелась рукоять роскошного эльфийского клинка. Мягкий замшевый костюм для верховой езды выгодно подчеркивал гибкий стан и завидную форму соблазнительных ног. А длинные каштановые волосы, зеленые глаза и чуть смуглое лицо с правильными чертами вполне позволяли назвать маркизу красавицей. Заметив мою заинтересованность, девушка иронично усмехнулась и ответила мне упрямым, не менее критическим взглядом. Я быстренько постаралась придать своим нахальным глазам самое безразличное выражение.
— А может, я эту графиню зловредную того?.. — Дракон выразительно чиркнул когтем по своей толстой шее. — Какой с меня спрос? Типа, тварь тупая прилетела, съела бабу и не поморщилась…
— А если этакая язва у тебя поперек горла встанет? — ехидно хмыкнула Урфина.
Трей смутился.
— Расскажи нам все подробно! — потребовала Лизелотта, протягивая к костру раскрытые ладони, словно стремясь впитать струящееся из огня тепло.
Разбойница недоуменно приподняла брови.
— Расскажи! — настойчиво повторила магичка. — Кажется, я нашла зацепку…
Урфина равнодушно, жестом застарелого и уже отболевшего горя пожала плечами, начиная повествование:
— Мой отец родился единственным сыном могущественного лорда Хольмвудского. Видимо, он и положил начало странным любовным историям, преследующим нашу семью. Несчастливым и безрассудным. Молодой маркиз влюбился в дочку мелкопоместного шляхтича — не чету себе, презрел волю родителей, поссорился с отцом, сбежал из отчего дома и вступил в неравный брак. Разгневанные родичи прокляли молодоженов, лишив наследства. А потом на свет появилась я. Помню, отец с матерью ютились в ветхом деревенском домишке, единственной ценностью в котором стала их неугасающая взаимная любовь. Умерли они пять лет назад, в один день — от черной лихоманки, охватившей всю провинцию. Мне чудом удалось выжить. А два года назад на охоте я случайно повстречалась с сиятельным Гюром, виконтом Рюнхенским. Мы влюбились друг в друга с первого взгляда. Но его высокомерная мать не согласилась на наш брак, посчитав бездомную девицу недостойной титула наследной виконтессы — ведь у меня ни гроша за душой, да и дворянство мое весьма сомнительно. По закону я вроде бы являюсь маркизой Хольмвудской, но в реальности… — Урфина скорбно махнула рукой. — Я никто, и звать меня никак.
Со стороны нашей компании полетели соболезнующие вздохи.
— Вот, собственно, и все, — закончила печальный рассказ девушка. — Я подалась в леса и начала жить разбоем, а Гюр с тех пор отвергает всех невест, предлагаемых ему матерью.
— А убитые? — осторожно напомнила я.
— Какие убитые? — искренне изумилась лихая атаманша.
— Твои подельники их нам поименно перечислили, — не дрогнув, без запинки солгала я.
Пару минут девушка смотрела на меня с искренним недоумением, а потом весело расхохоталась:
— А-а-а, — фыркала она, давясь хохотом, — это вам Лог наплел! Я ему велела так говорить, чтобы народ пугался да сам кошельки отдавал. Не убивали мы никого, а грабили, в основном, богатеев! — И столько неподдельной искренности звучало в ее голосе, столько отчаяния и одновременно не убитой невзгодами доброты светилось в ее чистых глазах, что ни один из нашей компании ни усомнился в правдивости слов несчастной влюбленной девушки.
Я пристыженно отвела взор, чувствуя за собой вину в несправедливых обвинениях.
— Все нормально, — самокритично усмехнулась благородная разбойница, — поделом мне!
— Нам нужно срочно попасть в Рюнге, — вдруг хрипло произнесла Лиззи, продолжавшая упорно смотреть в танцующие на углях язычки пламени. — Я вижу смерть, способную изменить судьбу всего маркграфства…
— Ну надо так надо. — Неожиданно для самой себя я поддержала молодую магичку, ощутив странный укол интуиции, подсказавший — события вдруг начали развиваться своим, почти не зависящим от нас путем…
Путем, несущим нам новый виток судьбоносных свершений!
