Она выключает телефон и, прижав его к сердцу, смотрит вверх на серое небо. «
Она пролезает обратно через лаз между деревьями и оказывается перед удивленной женщиной, выгуливающей собаку.
– Ой, – испуганно говорит женщина, хватаясь за сердце.
– Извините, – говорит Кейт. – Я искала своего сына. Но теперь я его нашла.
Женщина с собакой смотрит ей за спину, как будто оттуда вот-вот должен появиться сын.
– Он был в кино, – говорит Кейт, чуть задыхаясь. – А не там.
Женщина кивает и идет дальше. Собачонка несется следом за ней, бросив на Кейт поверх своего хвоста несколько озадаченных взглядов.
– Что ты смотрел? – спрашивает она Джоша, когда через несколько минут сын входит в дом, разрумянившийся от вечернего холода.
– Один фильмец с Дуэйном Джонсоном, – говорит Джош. – О борцах. Не могу вспомнить, как он называется.
– Понятно, – говорит она, удивляясь, какой фильм выбрал ее сын. – Тебе понравилось?
Джош пожимает плечами.
– Да так, ничего. Могу я что-нибудь поесть?
Она достает из холодильника тарелку со спагетти и ставит ее в микроволновку.
– Почему ты мне не сказал? – спрашивает Кейт. – Что ты ходил в кино? Почему ты просто исчез?
Джош пожимает плечами.
– Решил сходить в последнюю минуту.
– Но я была здесь. Стояла буквально на этом месте. – Она указывает на пол кухни. – Ты мог бы просто сунуть в дверь голову и попрощаться.
Он снова пожимает плечами.
– Извини, мам. Я не подумал.
Разговаривая с ним, она гуглит с помощью телефона фильм, который, по словам сына, он только что ходил смотреть.
Она находит нечто под названием «Борьба с семьей», поворачивает к нему экран телефона и показывает картинку.
– Этот? – говорит Кейт. – Ты смотрел этот фильм?
Джош кивает.
– Ты был на свидании? – спрашивает она, и на ее губах играет улыбка. Ее согревает мысль о том, что ее забавный одинокий мальчик сидит в заднем ряду кинотеатра и смотрит дурацкую комедию про женщин-борцов, обнимая при этом девушку.
– Нет, – отвечает он.
Кейт кажется, что он лжет.
Будь перед ней Джорджия, которая откровенно лгала, Кейт бы тотчас же высказала ей свои сомнения.
– Чушь, – сказала бы она, – расскажи мне, что на самом деле произошло. – И Джорджия, улыбаясь той улыбкой, какой ее дочь всегда улыбается, когда понимает, что ее загнали в угол, рассказала бы ей правду.
Но Кейт ненавистна даже мысль о том, чтобы поймать на лжи сына. Он будет вынужден отпираться, ей же не хочется причинять ему страдания. Он не будет улыбаться. А лишь будет стоять перед ней с несчастным видом.
– Хорошо, – говорит она и достает из микроволновки оставленную ему порцию спагетти.
– К вам посетитель.
Оуэн вздрагивает. После его последней беседы с инспекторами прошло три часа, и он сидит в своей камере, не понимая, что будет дальше. В камере ему дали обед: мясо, обваленное в сухарях, с картошкой и стручковой фасолью. А потом бежевый пудинг с соусом из джема. Оуэн почти устыдился того, насколько ему все понравилось. Это та еда, какую готовила для него мать, – простая, солоноватая, безопасная. Он вернул свой поднос абсолютно чистым.
– Кто это? – спрашивает Оуэн.
– Понятия не имею, – сухо отвечает полицейский.
– Так мне идти к ним, или?..
– Я провожу вас в комнату для допросов. Не могли бы вы отойти от двери?
Оуэн отходит от двери камеры, офицер открывает ее и ведет через три пары запертых ворот в маленькую голубую комнату. Там сидит Тесси в зеленой бархатной накидке на плечах и с огромными серебряными серьгами в ушах с зелеными камнями в тон. Ее губы неодобрительно поджаты.
Она начинает говорить еще до того, как Оуэн успевает сесть.
– Я ненадолго, Оуэн. Но я принесла тебе кое-что. Твой телефон. Хотя тебе, наверное, не позволено. И немного нижнего белья и сменную одежду. Все новое, только что купила. Я не хотела рыться в твоих вещах. Особенно после того, что полиция нашла в твоих ящиках. Боже правый, Оуэн. И эта девушка, Оуэн! Что, ответь мне, случилось с этой прекрасной девушкой?
Тесси закрывает лицо руками, и разномастные кольца на ее пальцах накладываются друг на друга, образуя некое подобие брони. Она несколько мгновений смотрит вниз, на стол, затем поднимает голову, и Оуэн видит, что ее глаза полны слез.
– Оуэн. Пожалуйста. Ты можешь сказать мне. Где она? Что ты с ней сделал?
Оуэн улыбается. Он ничего не может с собой поделать. Это просто смешно.
– Тесси, – говорит он, цепляясь руками за край стола. – Ты серьезно? Ты и правда думаешь, что я имею к этому какое-то отношение?
– Что еще, скажи на милость, я должна подумать? Ее кровь! На стене! Чехол для телефона под окном твоей спальни. Наркотик для изнасилования в твоем ящике для носков. И все те ужасные вещи, которые ты писал в интернете. Боже мой, Оуэн. Не надо быть мисс Марпл, чтобы разрешить эту загадку. Но ради семьи этой бедной девушки ты должен рассказать полиции о том, что произошло.
