Рабочий кабинет Шелленберга напоминал декорацию к триллеру. Вот как он сам описывает его:
«Возле огромного письменного стола стоял вращающийся столик, на котором было много телефонов и микрофонов. В обивке стен и под письменным столом, а также в лампе были вмонтированы невидимые для глаза подслушивающие устройства, автоматически фиксирующие любой разговор или даже шорох. Вошедшему бросались в глаза маленькие проволочные квадратики, расположенные на окнах; это была контрольная электросистема, которую я вечером, уходя из кабинета, включал, приводя в действие систему сигнализации, охраняющую все окна, сейфы и различные двери в служебных помещениях. Достаточно было просто приблизиться к этому месту, охраняемому при помощи селеновых фотоэлементов, как раздавался сигнал тревоги, и за считаные секунды прибывала вооруженная охрана. Даже мой письменный стол напоминал маленькую крепость — в него были вмонтированы два автомата, стволы которых могли осыпать пулями все помещение. Как только дверь моего кабинета открывалась, стволы автоматов нацеливались на вошедшего. В случае опасности достаточно было нажать на кнопку, чтобы привести в действие это оружие. Вторая кнопка позволяла мне подать сигнал тревоги, по которому все входы в здание и выходы из него сразу же блокировались охранниками».
Фотографии Шелленберга редко появлялись в газетах, его имя широкой публике было незнакомо. Кроме общего руководства разведывательными операциями Шелленберг принимал участие в некоторых из них.
В октябре 1939 года, вскоре после начала Второй мировой войны, германская разведка начала довольно успешную игру с английской Интеллидженс сервис. Агент немцев в Голландии, внедренный к англичанам, начал поставлять дезинформацию о якобы существующей в вермахте оппозиционной Гитлеру группе генералов, которая ищет контактов с Западом. Цель игры была непростой — нащупать и взять под контроль английскую сеть разведки в Германии. Шелленберг под видом представителя оппозиции и отправился в Голландию.
Из-за того что он был совсем молод, Шелленберг привлек к операции профессора де Криниса — человека с солидной, «генеральской» внешностью. Вдвоем они провели несколько встреч с английскими «коллегами» — капитаном Сигизмундом Пейном Бестом и майором Ричардом Стивенсом. Отношения англичан и «оппозиционеров» развивались благоприятно для Шелленберга, но внезапно на Гитлера в Мюнхене совершили покушение. Фюрер решил сделать крайними англичан и приказал захватить Беста и Стивенса, якобы организовавших покушение. Шелленбергу пришлось подчиниться, хотя он был против захвата, да и провала всей этой сложной операции. Во время очередной встречи в голландском городке через границу прорвался отряд СС, захватил англичан и переправил их на германскую территорию. В завязавшейся перестрелке сопровождавший англичан голландский офицер был смертельно ранен.
Беста и Стивенса к делу о покушении на Гитлера «привязать» оказалось невозможно. Но в гестапо они рассказали все, что знали о деятельности английской разведки. Кроме того, у немцев остался английский передатчик и секретные коды.
Эта хитроумная операция получила название «Венло». Она для Гитлера стала поводом обвинить голландское правительство в нарушении нейтралитета и на этом основании 10 мая 1940 года вторгнуться в Голландию, которая капитулировала через четыре дня. А что же плененные англичане? Они встретили конец войны в концлагере.
Вскоре после капитуляции Франции в 1940 году по указанию Риббентропа Шелленберг вылетел в Лиссабон. Герцог Виндзорский, экс-король Англии, отрекшийся от престола из-за женитьбы на дважды разведенной американке, нашел там приют. Шелленберг должен был уговорить герцога Виндзорского выехать в Швейцарию или другую нейтральную страну. Правда, и сам герцог, и его супруга были настроены прогермански. Для чего нужно было это перемещение? Дело было в том, что в случае успешного завершения операции «Морской лев» и захвата Англии Гитлер рассчитывал посадить на британский престол своего, «карманного» короля.
Но уговоры не помогли — герцог стал губернатором Багамских островов.
В начале 1941 года Шелленберг сосредотачивается на подготовке и заброске агентуры в СССР. Одновременно усиливается деятельность контрразведки против русских, внимание теперь обращено не только на советских дипломатов, но и на эмигрантов. Каждый третий из эмигрантов превращается в агента Шелленберга. Позже он был намерен использовать «спящих» агентов на оккупированной территории. В мемуарах Шелленберг писал о советской разведке: «Мы раскрыли многочисленную агентуру, маршруты курьеров и местонахождение секретных передатчиков… Нам также стало многое известно о методах их работы и об отношениях между различными группами агентов, работавших на них». Вероятно, это было своего рода преувеличение — перед войной советская разведка в Германии существенных потерь не понесла.
