С рождением «Штази» начался самый страшный период в истории ГДР. Крестным отцом организации, что вполне логично, стал Берия. Эрих Мильке, который практически полвека бессменно руководил «Штази», во всем равнялся на КГБ с его немалой практикой. Вот его слова: «Даже если у нас в республике и нет условий для существования внутренней антисоциалистической оппозиции, то все равно имеется немало вражеских элементов с явными антисоциалистическими взглядами. У нас достаточно внутренних врагов социалистического строя. Их немало! И я еще мягко выразился».
К тому времени немцы уже подзабыли работы старика Маркса (если когда-то изучали их). Философию «Капитала» более десятка лет вытесняла более понятная и доступная «Майн Кампф» — книга, принадлежащая перу совсем другого автора. Поэтому в молодой ГДР в 1950 году и возникла необходимость в организации, которая могла политически просветить восточных немцев, а при необходимости заставить их встать на путь истинный, заодно и уберечь от тлетворного влияния соседей и родственников из ФРГ. А где же всему этому научиться? Конечно у «большого брата» — СССР.
Сотрудники советского НКВД, а позднее МГБ, помогали немецким коллегам сотворить заведение по своему образу и подобию. Они делились не только опытом, но и методами работы. В ГДР довольно быстро вошли в обиход выражения «враг народа», «троцкист», «вредитель», «контрреволюционер».
Решением правительства ГДР 14 декабря 1989 года министерство госбезопасности ликвидируют. Да и сама страна перестала существовать чуть меньше чем через год. Событий, которые предшествовали развалу ГДР, было немало — кризис соцлагеря; ослабление СССР по мере того, как «перестройка» набирала обороты; массовые демонстрации, приведшие к падению режимов Восточной Европы.
Последние месяцы сотрудники «Штази», предчувствуя неизбежное, уничтожали архивы. За три десятка лет накопилось столько материалов, что в супернадежных немецких шредерах тупились и ломались ножи. Документы рвали руками, раздирая пальцы в кровь. От офисов министерства госбезопасности каждый день на мусоросжигательные заводы уезжали тяжелогруженые грузовики… Но, пожалуй, с задачей уничтожения архивов спецслужба все-таки справиться не смогла.
В начале 1990 года, во время «мирной революции», здания Министерства госбезопасности в Берлине и других городах захватили горожане. Они стремились добраться до легендарной картотеки. Если бы информация, хранящаяся в ней, была опубликована, неизвестно, сколько бы карьер рухнуло, более того, неведомо, сколько людей потеряли бы свободу.
По неподтвержденным данным сотрудником или осведомителем «Штази» успел побывать каждый четвертый взрослый житель ГДР. Вероятно, такая цифра — во многом плод воображения публицистов. Хотя достоверно известно, что в распоряжении «органов» имелись досье практически на каждого совершеннолетнего гражданина республики. К тому же велись подобные досье и на большинство крупных бизнесменов и политиков Европы.
Сейчас странно об этом читать, но одно время мелькала информация о том, что агенты «Штази» тайком обрабатывают одежду диссидентов слаборадиоактивными веществами — любой сотрудник госбезопасности с портативным счетчиком Гейгера в руках якобы мог выявить «врагов режима», скажем, во время уличной демонстрации, да и вообще на улице любого города любой страны.
Хватало в «Штази» и «традиционных» технических средств. Минифотокамеры были способны бесшумно снимать сквозь миллиметровое отверстие. Крошечные микрофоны размещались в квартирных розетках телефонной сети и передавали информацию «куда следует» прямо по телефонным проводам. Чувствительные диктофоны легко прятались в шариковой ручке или дамских часиках. И венчали это изобилие спецсредств всемирно известные питомники немецких овчарок, способных идти по следу многие километры.
«Штази», повторяя структуру советского МГБ, состояла из трех главных управлений — контрразведки, диверсий и подрывной деятельности.
Вот цитата из инструкции, датированной 1959 годом: «Неофициальные сотрудники — наиболее важный фактор в борьбе против классового врага». Изящным термином «неофициальные сотрудники» называли осведомителей, «стучавших» на знакомых, коллег или даже членов семьи.
За 29 лет существования картотеки МГБ ГДР только по официальным данным в ней осели сведения о 624 тысячах таких «сексотов». Причем примерно 10 тысяч из них на момент начала «неофициального сотрудничества» не достигли и восемнадцати лет. При этом многие «неофициальные сотрудники» становились таковыми по собственной инициативе. Кто-то — желая способствовать укреплению социалистического строя, а кто-то — из банальной жажды наживы, правда, сдобренной и радением о собственной безопасности.
