ном случае вообще уместно говорить об инциденте, я, собственно, не был, поскольку играл за другим столом в
соседней комнате. Правда, я слышал, как доктор Ясенчак
объявил большой пиковый шлем, а вскоре после этого за
столом вспыхнула словесная перепалка между Ясенчаком, адвокатом Потурщким и Лехновичем. Но что именно по-
служило поводом для разногласий и какие при этом
употреблялись выражения, я не слышал, да, честно говоря, и не помню. В конце концов, я вошел в их комнату с наме-
рением вмешаться и успокоить слишком уж возбужден-
ных игроков. Все уладилось само собой. Надо сказать, что
в бридже подобного рода вещи порой случаются. Для ус-
покоения нервов я предложил выпить коньяку, разлив его, я
раздал бокалы, стоявшие на цветных салфетках. Неко-
торые бокалы были полны, я наливал в пустые. Наливал, насколько помню, «мартель».
…убедившись, что игра вошла в нормальное русло, я
направился к своему столику и тут вдруг услышал стук
падающего тела и сразу же крик жены. Я обернулся: Лехнович лежал на полу, привалившись головой к дивану, прижав руку к сердцу, и мне показалось, что он никак не
мог вдохнуть. Доктор Ясенчак тут же бросился на по-
мощь. Кто помогал ему укладывать Лехновича на диван, не
помню. Доктор, понимая, что Лехнович находится в тя-
желом состоянии, немедленно вызвал «скорую помощь».
Увы, Лехнович скончался до прибытия реанимационной
машины. Надо сказать, что в последнее время он довольно
часто жаловался на плохое самочувствие и даже был у
врача. Его внезапная смерть – тяжелая утрата для на-
шей науки: в его лице мы потеряли подающего большие
надежды молодого ученого. Для меня это тоже тяжелый
удар: я потерял друга и ученика, которым по праву гор-
дился».
– Гм… – хмыкнул полковник и принялся за очередной протокол.
Из показаний Эльжбеты Войцеховской следовало, что она – инженер с ученой степенью, работает в институте химии на Жолибоже научным сотрудником. Со Станиславом Лехновичем была знакома еще во время учебы в
Политехническом институте: она училась на первом курсе, а будущий доцент в том году защитил диплом и был оставлен ассистентом на кафедре. Он пользовался симпатией и уважением студентов, всегда охотно помогал им. Как ассистент, он не ограничивался лишь формальным проведением семинаров, коллоквиумов, и приемом зачетов, но и считал для себя делом чести добиваться, чтобы все его «подопечные» действительно хорошо знали преподаваемые им предметы. Часто он помогал и по другим предметам.
«Докторская диссертация Лехновича, – читал далее полковник, – стала настоящим событием в институте.
Это была новаторская работа, она потом была опубли-
кована в крупных специальных журналах Соединенных
Штатов, Франции и Советского Союза».
