Нари подняла заплаканное лицо и на губах-вишнях появилась слабая улыбка.
Если бы я могла обмануть саму себя так же легко.
***
Бьёрн не захотел ночевать в отчем доме. На уговоры не поддался, и сразу же после ужина, который кое-как возобновился, мы ушли. Подозреваю, просто не хотел, чтобы мать видела, когда он в очередной раз не сможет не сможет удержаться от того, чтобы провалиться в небытие.
Клык остался со стаей, по которой соскучился.
Мы ушли вдвоём пешком. Сбылась моя мечта. Но почему-то на сердце было тяжело.
- Здесь недалеко старый отцовский домик в горах, охотничий. Там сейчас никого. Очень уютно. Со временем можно будет расшириться и пристроить ещё комнаты. И… Фиолин… надо было, наверное, сказать тебе заранее о своём решении… я обещал тебе, что ты станешь королевой, но…
- Ещё одно слово, и я обижусь, - решительно заявила я. – Скажи лучше, в этом домике есть ванна?
Бьёрн остановился посреди горной тропы, по которой мы шли, поднял меня над землёй и впился яростным поцелуем.
Конечно же, прямо посреди поцелуя его угораздило снова раствориться в пространстве. И всю дорогу я только по звуку шагов и дыханию понимала, что мой невидимый муж по-прежнему рядом.
***
Не чуя под собой ног, мы ввалились в крохотный домик, примостившийся у корней сосны, который показался мне самым замечательным, самым уютным домом на свете. Там даже был камин. И удивительное, невероятной мягкости меховое покрывало на широкой постели!
При первом же взгляде на которую меня осенило, что у меня тоже есть внезапная идея. Которую Бьёрн пусть теперь принимает с таким же стоицизмом, с каким я приняла его известие об отречении.
Прямо с порога я развернулась и набросилась на мужа.
- Я хочу ребёнка! Немедленно! Прямо сейчас!
Он изменился в лице.
Если в такой момент снова исчезнет, никогда не прощу! Хочу видеть его глаза.
- Бьёрн, я твоя жена. Не вздумай уклоняться от своих обязанностей. Сделай мне ребёнка!
Он вздохнул.
- Ну вот. История сделала круг, мы вернулись к тому, с чего начинали. Ты снова требуешь сделать тебе ребенка. Но с тех пор я очень ясно увидел, какими могут быть последствия.
Я была готова к тому, что эту крепость будет не так-то просто взять.
- Ничего не хочу слышать! Я твоя жена, и обещала, что стану матерью твоих детей, так что…
- Фиолин, нет!
Ошарашенная, я молчала.
Столь долго скрываемые эмоции прорвались наружу. Когда он сказал мне эти два простых слова. Его бледное лицо исказилось болью, которую я ощущала, как свою, когда Бьёрн прошёл мимо меня в единственную комнатку этого дома, стараясь на меня не смотреть.
Молчал несколько долгих минут, а потом рывком развернулся и глухо проговорил:
- Ты просто не понимаешь… То, что мне поведал Мерлин… - он запнулся и казалось, с трудом выговорил следующие слова. – Он сказал: «Не родился ещё маг, который сможет тебя вылечить». Ты понимаешь, что это значит, Фиолин? Лекарства нет. Я так и продолжу исчезать понемногу, пока не исчезну совсем. И я не хочу передать свою болезнь будущим детям.
Я сжала пальцы в кулаки. Кажется, этот бой будет самым трудным из всех, что мы уже пережили вместе.
- С чего ты взял, что твоя проблема передастся? Ты сам говорил, что твой отец пил эликсиры невидимости, и это повлияло на ребёнка. Но ты-то так не делаешь! И вообще, дети асов всегда похожи на асов.
Бьёрн никак не отреагировал на мои слова, глядя пустым взглядом в пространство.
Из-за отчаяния я ощутила вдруг прилив сил.
Подошла к нему и вцепилась в плечи. Встала на цыпочки, чтобы посмотреть в глаза. С трудом, но мне удалось заставить его смотреть мне в лицо.
- Посмотри на меня! Ты самый сильный мужчина из всех, что я встречала. Не смей поддаваться слабости! Почему ты сдался? Почему поставил на себе крест, на своей жизни, на нашей жизни? Даже обычному человеку может на голову камень упасть и он умрёт. Или дикий зверь задрать. Или заболеть чем-нибудь… никто не знает, что ждет завтра и сколько отмерила судьба! Может, поэтому мы так стремимся продолжиться в наших детях. Потому что в них частица нас, мы продолжаем ту цепочку, которую сковали наши предки в далёких глубинах тёмных веков. Они потягивают нам руки, чтобы мы взяли их ладони. И передали это рукопожатие дальше. Иначе зачем это всё было? Зачем моя мать брела в горах по колено в снегу, унося меня в себе как можно дальше от мест, где мне могли причинить зло? Зачем умирал Мимир? Зачем переживали испытания твои родители – а я уверена, их было немало?..
Он по-прежнему молчал, а я устало из последних сил говорила:
- Ты помнишь, мы мечтали о большой семье? Я не позволю тебе перестать мечтать. И хоронить себя заживо раньше срока. Ну, что же ты молчишь?..
Бьёрн ответил тихо:
- Я теперь понял, зачем люди женятся. Чтобы рядом был человек, в глазах которого ты лучше и смелее, чем на самом деле. Чтобы ты никогда не забывал, каким хочешь быть.
Его руки сомкнулись на моей талии и прижали так крепко, что у меня вышибло последнее дыхание.
Жадные губы впились горячим поцелуем. Он пил меня, как своё единственное лекарство. Так, словно от нашего поцелуя зависит его жизнь.
