Ворот не было. Когда нас разглядели со стен, в крепости просто-напросто появился провал. Я не удержалась и коснулась украдкой зеркальной поверхности, пока мы преодолевали темнеющий тоннель глубиной с горное ущелье. Лёд был холодным и наощупь ничем не отличался от обычного. Разве что не таял от прикосновения – когда я отняла пальцы, на них не было ни капли влаги.
Оглянувшись, я увидела, как проход в крепостных стенах словно сам собой зарастает льдом снова. Очень сильно приуныла. Как вообще можно проникнуть в такое место без приглашения? Или тем более уйти, если тебя не захотят отпускать?
- Выше нос, куколка! – подбодрил Фенрир. – Почти на месте.
Его сестра шла впереди бодрым шагом. Думаю, дай ей волю, вообще унеслась бы поскорее к себе, принимать свою ванну. Я, правда, не совсем понимала, как можно принимать ванну в таком месте. Горячая вода и лёд казались мне взаимоисключающими явлениями.
Просторные улицы были прямыми как стрела.
Весь город создавал странное ощущение – в нём было слишком много острых углов и ровных линий. Не так, как строили у нас – где было место, там и втыкался дом. Тут явно все возведено по изначальному плану, и строители четко придерживались чертежей.
Получилось… волшебно.
Ледяное кружево на стенах домов сплетается в изысканную вязь. Ледяные цветы на крышах тянут прозрачные лепестки к сизым, угрюмым небесам, поглотившим последние солнечные лучи. Стылый ветер с гор шевелил их хрустальные лепестки, рождая тихий перезвон нездешней и очень грустной мелодии. Наверное, если родиться в таком месте, к нему можно искренне прикипеть. Но у меня не было ни малейшего ощущения, что я возвращаюсь домой.
Мой взгляд отчаянно искал хоть что-то, кроме этой холодной и неземной красоты – хоть какую-то неправильность, что-то живое, искривлённый ствол дерева, обронившего листву на зиму, или обнажённые ветви каких-нибудь кустарников, не говоря уж о зелени вечнозелёных… но не мог зацепиться ни за что.
Ожившая математика.
Царство льда.
Царственно прекрасное. Но такое мёртвое в своей красоте, что мне стало не по себе.
Нас никто не сопровождал. Из окон домов не пялились люди, и на улицы ни один человек не вышел. Но меня не покидало ощущение десятков, сотен взглядов со всех сторон.
Я невольно жалась ближе к Фенриру.
- На нас смотрят…
- Естественно смотрят! Только не на нас, а на тебя, - ворчливо ответил он.
- Но кто? Я никого не вижу…
- Окна в Гримгосте из особого льда. Он прозрачен с одной стороны. Но полностью закрывает человека с другой. Мы ценим уединённость и собственный внутренний мир, его неприкосновенность.
- Как насчет неприкосновенности внутреннего мира других людей? – осмелилась я на вопрос.
Клыкастая улыбка Фенрира стала шире.
- Я знал, что порода рано или поздно начнёт себя проявлять. Ты ещё научишься кусаться, дай срок! А Фрейя ещё удивлялась, как такая слабая и беззубая девчонка может быть той, кого мы ищем. Сказала, ты похожа на бесхребетное желе. Не обижайся на мою сестру! Она совсем ещё не знает жизни и привыкла слишком спешить в суждениях. Она не понимает, что твёрдый лёд плавится от первых же лучей солнца. А мягкая травинка выпрямляется и живёт, даже если её очень хорошо потоптать. И возрождается снова и снова с каждым годом. Так что сильнее – лёд или трава?
Я растерялась.
- Смотря для чего вы хотите их использовать!
- Чертовски хороший ответ, - он сверкнул на меня глазом.
- Для чего хотят использовать меня? – спросила я после паузы.
Фенрир ответил не сразу.
- Боюсь, очень скоро узнаешь. У тебя нет ни малейшего шанса не узнать. Так что давай-ка напомню, о чём мы говорили, девочка. Старайся держаться ко мне поближе. Никому не доверяй. Ни с кем не откровенничай. Молчи про мужа. И самое главное… - он шёл спокойной твёрдой походкой, расправив могучие плечи, смотрел прямо вперёд и улыбался, как будто мы поддерживали обычную светскую беседу. Я постаралась принять такой же невозмутимый вид. – Что бы я ни сказал, ты не споришь и во всём соглашаешься со мной. Это будет в твоих же интересах. Запомнила? Мои советы тебе пригодятся уже сейчас. Мы пришли.
Величественное здание, протыкавшее небеса множеством острых как игла крыш, возвышалось прямо перед нами. Гигантские окна чуть ли не на половину высоты украшал причудливый узор витражей – бледно-голубые, синие, лиловые, бело-серебристые оттенки смешивались переливом красок. Едва мы остановились, в ледяной стене начал медленно прорастать сводчатый проход. Было полное ощущение, будто передо мной раскрывает пасть мышеловка. Внутрь отчаянно не хотелось.
- Если вы так хотите мне помочь, почему было просто не оставить меня с Бьёрном? – потерянно спросила я.
Это была последняя возможность поговорить без свидетелей, как мне подсказывала интуиция.
Я думала, Фенрир не ответит, так долго он молчал. Проход успел полностью проявиться, призывно маяча на расстоянии вытянутой руки.
Но он заговорил – едва слышно.
