Мысли путались и дрались между собой, не давая сосредоточиться. Но главным было одно: мы покинули город, а значит, эти Падшие и впрямь представляли опасность.
– Теперь они могут что-то тебе сделать? – пытаясь разобраться, вопросила я.
Тим с явным беспокойством посмотрел на меня. Невозмутимость в женском голосе, казалось, не на шутку его настораживала.
– Ты сейчас узнала просто чудовищную информацию, почему тебя чуть не убили, а тебя волнует, что могут сделать мне?
– Да.
По озабоченному выражению лица брюнета было заметно, что он в глубоком смятении. Вероятно, он не привык, что кто-то может беспокоиться о нём, ставя его жизнь выше своей.
– Ну… – неуверенно начал парень, – Аззан этого так не оставит. Мало того, что его злит, что я к нему не присоединился, так ещё и влез куда не надо. По его мнению, конечно, – Тимофей легонько провёл свободной рукой по моим волосам.
– Стоп. Аззан? – меня вдруг осенило – это же тот придурок на попугайском синем кабриолете, который возле дома Илая силой тащил меня к себе в машину. И это он ударил Тима в клубе! – Он Падший? – изумилась я.
– Он и вся его компания.
– Елена и… Тихон, кажется, тоже? – я в растерянности вспоминала всех, с кем не так давно познакомилась. Мир открывался мне с какой-то необъяснимой, сверхъестественной и до жути пугающей стороны.
– Конечно. Они его свита.
– Ой, а Илай… он тоже?
– Нет. Ил человек. И притом не самый разборчивый. Но это он сегодня предупредил меня, что Аззан уже знает, кто тебе помог, – Тим покосился на меня. – Илай обеспеченный, потому что сам всего добивался своей головой, но однажды ввязался, во что не следует. По заказу Аззана Илай разрабатывал приложение для «Игры в куклы». Ил не задумывался, чем это обернётся для других людей… А чтоб тот держал язык за зубами, Аззан ему щедро платил. «Деньги не пахнут», ты наверняка слышала это популярное у людей выражение?
Понимая теперь настоящий смысл этих слов, я поморщилась. А Тим продолжил:
– Так вот, они не просто пахнут, они смердят… Я познакомился с Илаем в баре, он там напился почти до потери сознания, потому что больше не мог этим заниматься. По пьяни он всё мне выболтал, и я обещал помочь, но всё оказалось очень непросто.
– Так Илай знает, кто ты?
Тимофей кивнул:
– Да. Он не верил, что в моих силах что-либо сделать. Говорил, что они монстры и нам с ними не тягаться. Тогда я и показал ему, кто я на самом деле.
Я почесала затылок, обдумывая наш разговор.
– Зачем ты вообще в это ввязался?
– Хотел помочь, – обронил брюнет.
– Зачем? – я настырно пыталась понять мотивы Тимофея, беря в расчёт их весьма странные отношения с Илаем.
Парень с грустью взглянул на меня.
– Я снова хотел стать Хранителем. Решил, что, возможно, это тот самый случай, после чего я смогу вернуться.
Не зная, что сказать, я повернула голову и уставилась на нескончаемо длинный серый асфальт дороги впереди.
– Вот как… Получается, я только и делаю, что рушу твои планы и создаю всё новые проблемы, – больше сама себе сказала я, будто подвела итог.
Меня накрыла давящая печаль, ведь выходило так, что моё появление в жизни этого чудесного человека ему лишь только вредило. Всё, что он создавал, к чему шёл, к чему стремился, я вмиг разрушила своим возникновением. Не девушка, а катастрофа!
Брюнет бросил на меня встревоженный взгляд и резко свернул в сторону маленькой заправочной станции с незнакомым логотипом в виде яркого треугольника. Заехав за небольшое кирпичное здание, машина остановилась так, чтоб нас не было видно с дороги. Тимофей заглушил двигатель, осмотрелся по сторонам и развернулся ко мне.
– Иди сюда, – парень с силой притянул меня к себе, крепко прижимая к твёрдой груди так, что я чувствовала, как через его рёбра взволнованно билось сердце. Неспешно отстранившись, он взял моё лицо в тёплые ладони и внимательно посмотрел в глаза, и мне почему-то сразу же захотелось заплакать. – Я не жалею о том, что сделал, слышишь? Если бы мне пришлось прожить этот момент снова, я бы поступил точно так же. Я бы выбил всю дурь из того богатенького урода, которому не хватает в жизни адреналина. Хотя нет! Я бы не выпустил тебя в тот вечер из машины и увёз бы куда-нибудь далеко-далеко, ото всех. Ты бы, конечно, возмущалась, но я бы нашёл способ, как тебя успокоить, – голос брюнета стал ниже и тише. – Ты – лучшее, что со мной случилось, Николь.
