– Сколько же мы не виделись? Чёрт, да ты вообще не изменился! – мужчина эмоционально махал руками, и эта его излишняя импульсивность меня слегка настораживала. – Тебе сколько лет? Сорокет?
Я вопросительно вылупилась на Тима. Он бросил на меня виноватый взгляд и, нахмурив лоб, ответил мужчине:
– Типа того.
«Что?! Очередная тайна?» – сердито подумала я, закатив глаза и сложив на груди руки.
– Выглядишь как пацан! Реально, чувак, лет на пятнадцать моложе, – тут мужчина заметил меня – скромно хлопающую от изумления глазами. – Тимон, ты с подружкой? Позвольте представиться, Клим.
– Ника.
Качок приветливо улыбнулся и вновь обратился к заметно разнервничавшемуся брюнету:
– Какими судьбами сюда занесло?
– Мы проездом здесь. Просто гуляли и решили заглянуть.
– Ты ещё занимаешься? – Клим шутливо ударил кулаком по плечу Тима.
– Нет, давно бросил. Дел много, да и работа.
– Брось, чувак, ты и сейчас любого уделаешь, – весёлое лицо повернулось ко мне, – знала бы ты, Ники, какой он был «машиной» на ринге.
– Ника, – раздражённо поправила я.
– Ага, – всё, что он сказал на моё исправление. – Давай, Тимон, вспомним былое. Простой спарринг, не бой до крови, как и раньше, – настаивал мужчина, что явно было не по душе Тимофею – он недовольно сверлил качка глазами.
– Я буду твоим соперником, – неожиданно в разговор встряла смуглая девица лет восемнадцати с мелкими косичками по всей голове.
– Чего? – выгнув бровь, уточнил Клим.
– Я буду его соперником на ринге, – девушка ткнула пальцем в сторону Тимофея.
Повисла напряжённая пауза, когда она встретилась взглядом с брюнетом. Мне она совсем не нравилась и её поведение тоже. Что за наглость вообще? Где её манеры?
– Я не дерусь с женщинами, – с холодом в голосе небрежно бросил Тима.
– Так и скажи, что испугался, – эта сучка с вызовом смотрела на моего парня, и я чувствовала, как побагровели от возмущения мои щёки.
– Саша, не ёрничай, – снисходительно обратился к ней Клим. – Ты новичок. А твоя завышенная самооценка и чрезмерная самоуверенность не дадут преимущества в бою.
– Струсил, короче, – развязно фыркнула девица, махнув рукой в сторону брюнета.
От её наглости меня затрясло, как в лихорадке. Казалось, я превратилась в чайник, стоящий на плите и который вот-вот яростно закипит. Она знать не знала моего любимого мужчину, но открыто и бесцеремонно его провоцировала! У меня у самой вдруг зачесались руки, и я сжала кулаки, так что ногти впились в кожу ладоней.
– Со мной дерись, – вырвалось у меня.
На лице Тима смешались удивление и ужас, и он уставился на меня, не моргая. Единственный, кто был просто в восторге от данной идеи, так это Клим. Его глаза засветились неприкрытым азартом.
– Ники, крошка, да ты боец!
Оценивающе осмотрев меня с ног до головы, Саша равнодушно пожала плечами и кивнула, выказывая свою готовность.
Тимофей покраснел как варёный рак и, взяв меня под руку, быстро увёл в сторону.
– Ты с ума сошла? Вестись на подстрекательство какой-то… – прошипел брюнет и запнулся, подбирая точное слово.
– Она прилюдно пыталась тебя оскорбить.
– Мне плевать. Пусть цепляется к кому угодно, ты не будешь ни с кем драться.
– Я не пойду на попятную. Это унизительно.
Тимофей, охваченный диким волнением, выпалил:
– Ты можешь серьёзно пострадать, не понимаешь, что ли?
– Тима, уже поздно. Я вызвалась сама и надеру этой козе её наглую задницу, – меня начинало злить, что Тимофей совсем не верил в мои силы, и я ещё больше загорелась желанием доказать, что я чего-то стою. Парень сосредоточенно смотрел на меня, молча терзаясь в сомнениях, наверняка решив, что я окончательно свихнулась.
Я позвала Клима, и он сопроводил меня в раздевалку. Выдал спортивные вещи, чтобы я переоделась, и помог натянуть защитный шлем и перчатки. Тимофей сел на длинную скамью и гулко выдохнул, кидая на меня нервные взгляды и покусывая губы.
– У вас пару минут, и жду тебя в зале, – бросил довольный Клим и удалился.
Я, боясь даже посмотреть на Тимофея, кожей чувствовала его злость. Не выдержав, он вскочил на ноги и подошёл ко мне очень близко.
– Если с тобой что-то случится, в этом буду виноват только я, это ведь я привёл тебя сюда, – с мрачным лицом произнёс брюнет. – Я не понимаю, что это? Дело принципа?
Я потупила взгляд в пол и, пораскинув мозгами, ответила:
– Возможно.
Он был прав. Это действительно стало принципиально важным для меня. Что-то глубоко затаённое и страстно желаемое наконец-то прорвалось наружу. В моей жизни и во всей нашей истории с ним я – никчёмное слабое звено, беспомощная жертва, не умеющая постоять за себя. Я больше не хочу ею быть. Не хочу бояться и робеть!
«С меня довольно», – я была настроена решительно.
– Не знаю, что за внутренняя борьба идёт внутри тебя, что и кому ты хочешь доказать. Но… я рядом, – очень серьёзно произнёс парень, на что я благодарно кивнула и чмокнула его в губы.
– Я это очень ценю.
