Наш разговор бессмысленный и глупый, и мне давно нужно было развернуться и уйти отсюда. Хватит с меня фокусов этой семейки, но Марк так смотрит… словно предложить мне что-то хочет.
Во мне просыпается любопытство, которое никак не получается погасить. Жду.
– Никакой разницы, ты права.
– Зачем ты здесь, Марк?
– Я бы мог рассказать, что узнал твой адрес, романтически мчался на всех парусах, но я не Грей.
Будто бы я Ассоль.
– Я тут случайно. Но случайности не случайны.
– Да вы философ, – смеюсь. – Значит, случайно. Дорогу обратно найдёте?
– Навигатор включу, – усмехается и вдруг протягивает руку. – Поехали, покатаемся, а? Нет, сначала найдём мой мотоцикл, он где-то там остался.
Жест за мою спину, и я даже оборачиваюсь невольно, но не вижу в темноте ничего.
– Поехали, а? Тебе понравится, обещаю.
Наверное, именно так маньяки заманивают своих жертв в сети, и мажористый Марк вполне может таким образом развлекаться, но…
Ему мне почему-то хочется верить. Вдруг он и правда станет моим другом?
– Мы с тобой? Вдвоём? Сейчас? – уточняю, а Марк осматривает тихий двор, хмыкает и говорит, что не видит ни одной причины, чтобы киснуть сейчас дома.
– Дома можно выспаться, я сегодня очень устала.
– Марта, в самом деле, тебе лет сколько? Семьдесят? Поехали, будет весело.
Он вроде бы настаивает, но не давит – даёт возможность отказаться. Хотя я отлично помню, как насильно к мотоциклу потащил.
– Какие у тебя причины отказаться? – хитро щурится, а на щеке ямочка глубокая. – Марта, в жизни нужно совершать безумные вещи, иначе потом вспомнить будет нечего. Или ты трусиха? Ну, признайся, и я отстану.
– Вот ещё, пф-ф.
Марк раскрывает ладонь, берёт мою руку и вкладывает в свою. Сжимает мои пальцы, тянет чуть-чуть на себя и отступает. Ведёт за собой, сверкая белозубой улыбкой и хитростью в глазах.
Наверное, мне надо испугаться, но… что-то мешает. Вероятно, мой идиотизм.
Правильно ли я поступаю, что даю безмолвное согласие?
Нет.
Я наверняка об этом прямо завтра и пожалею, но сейчас мне так страшно быть одной, что иду за Марком, словно он мой спасательный круг, моя соломинка.
Ночь же время для безумств, да?
Марк останавливает мотоцикл “в полях”, но слезать не торопится. Так и сидит сзади, накрыв мои руки своими тёплыми ладонями, и чего-то ждёт. Ёрзаю, вдруг ощутив всю неловкость момента – ездить мне нравится, но быть настолько близко без видимых причин кажется странным.
На этот раз Марк не дал мне возможности отгородиться рюкзаком – первым делом спрятал его в специальную сумку “чтоб не мешал”, и мне пришлось всю дорогу чувствовать широкую спину позади. И с каждым километром Марк, управляя мотоциклом, придвигался всё ближе, буквально впечатывался в меня большим сильным телом.
Спине горячо, а колени мёрзнут, покрытые мурашками – удивительный контраст. Будоражащий и непривычный.
– Знаешь, о чём я мечтал сегодня? – спрашивает Марк, понизив голос до интимного хриплого шёпота, и дыхание касается плеча, вызывает странные ощущения.
– О чём? – откашливаюсь, смотрю впереди себя в одну точку, а от губ ниже по шее течёт тёплая река, находя покой в солнечном сплетении.
– О крепкой попойке и честной драке, – короткий смешок срывается с его губ, щекочет плечо, оседает где-то в животе, как лебединое пёрышко. – Но сейчас мне это уже не кажется отличной идеей.
– Почему?
– Почему отложил эту идею? Или почему мальчикам иногда хочется набить кому-то морду? Почувствовать боль от чужих кулаков? Пустить алкоголь по венам? – в голосе что-то похожее на иронию, если сквозь внезапный слабый гул в ушах я ещё способна что-то распознать.
– Нет, – мотаю головой, сбрасываю с себя странное наваждение, подаренное этой ночью и поездкой на мотоцикле. – Почему именно тебе этого хотелось? Напиться и подраться?
– Потому что… всё сложно.
Марк схлопывается, словно ракушка, но внутри, чувствую, осталась жемчужина. Но как заставить её показаться?
– Пойдём? – очарование момента рассеивается, но тёплая ладонь Марка всё ещё держит в плену мою, окаменевшую и замёрзшую.
Решу пошевелить пальцами, и не выйдет – все суставы заклинило, а дыхание никак не хочет возвращаться в привычный ритм. В темноте ночи, где лишь неяркий свет луны мягко падает на Марка, всё кажется нереальным.
Призрачным и зыбким. Потусторонним.
Потому я такая смелая. Не верится до конца, что всё, происходящее сейчас, – реальность.
– Куда мы? – оглядываюсь по сторонам, а глаза, привыкшие к полумраку, выхватывают то высокую траву по-над обочиной, то слегка пожелтевшую – на поле вдалеке.
Марк загадочно молчит. Обхватывает мою талию, сдёргивает с мотоцикла и ставит на землю так близко к себе, что все запахи летней ночи перебиваются ароматом его лосьона после бритья и терпким – кожи. Она у него пахнет солью, дёгтем и табаком.
Очень… мужской и порочный аромат.
Ну, если бы я что-то понимала в порочности.
– Мы идём? – спрашиваю, глядя куда-то в кадык Марку, но он молчит, не убирая руки с моей талии.
Я кладу руки на его грудь, чтобы оттолкнуть, но так и замираю, ослеплённая и завороженная моментом.
