Я не знаю, что он сделал или сказал ей после этого. Мне было все равно. Я тоже встала и потащилась в душ. Он был нужен мне как никогда. Я все еще чувствовала прикосновения Максима. На каждом сантиметре своего тела. Внутри и снаружи. Я задавалась вопросом, смоется ли это ощущение водой.
Я провела руками по своему телу со странным чувством отстраненности. Мой муж был прав. Мое тело больше не принадлежало мне. Оно принадлежало ему. Он заявил на него свои права. Даже мои собственные прикосновения теперь только напоминали мне о его прикосновениях.
Более того, он пометил меня. По всему телу были укусы и засосы. На внутренней стороне моих бедер были маленькие свежие синяки в форме его больших пальцев, а на моей груди виднелись синяки от его губ.
Я только что вытерлась и повесила полотенце на крючок на стене, когда вошел Максим. Он вылетел из кровати в такой спешке, что не надел рубашку и не потрудился застегнуть джинсы.
Я застыла на середине движения. Он тоже застыл, когда увидел меня, его глаза разглядывали меня с головы до ног.
После ночи, которую мы провели вместе, как он мог хотеть большего?
Это была самая забавная вещь, которую я узнала о сексе. Чем больше у тебя его было, тем большего ты хотела. Тем большего ты жаждала.
— Я, похоже, переусердствовал с синяками, — отметил Максим. — Извини, — добавил он, и уголок его рта приподнялся. Он извиняется?
— Да. Внутри и снаружи, — согласилась я.
Самодовольный вид исчез. Его взгляд метнулся к моему лицу.
— Болит? — спросил он.
Я пожала плечами.
Он указал подбородком на ближайшую тумбу.
— Присядь. Давай-ка я посмотрю.
Я напряглась.
— Нет, все в порядке.
Он бросил на меня равнодушный взгляд.
— Это был не вопрос.
Меня словно пронзил ток. Желание, острое и мощное. Со вздохом я уселась на тумбу рядом с ванной. Он раздвинул мои бедра, опустившись на колени между ними. Он изучал меня. Даже годы работы моделью должным образом не подготовили меня к такому уровню нескромности. Ничто не могло подготовить меня к интимности его взгляда.
Почти на каждой стене моей ванной были зеркала. Я взглянула в одно из них.
Мое лицо покраснело. От смущения — но не только от него. Вид его больших обнаженных плеч, опустившихся на колени перед моим обнаженным телом, творил со мной самые разные вещи. Неосознанно моя рука потянулась, чтобы коснуться его растрепанных волос. Без каких-либо указаний от моего мозга моя рука крепко ухватилась за шелковистые черные волны.
Он поднял глаза, ухмыляясь.
— Это просьба?
В его голосе слышался смех.
Я покраснела еще больше, тряхнув головой так сильно, что мои длинные волосы упали вперед, закрыв половину лица. Он вернулся к изучению меня, и его улыбка исчезла. Он прикусил нижнюю губу. Моя рука снова крепче сжала его волосы. Он посмотрел на меня сквозь свои густые, слишком красивые ресницы. Это был очень сексуальный взгляд, и он подействовал на меня всеми возможными контрпродуктивными способами.
— Кира, ты сейчас вырвешь мне клок волос, — мягко сказал он.
— Извини, — ответила я с придыханием.
Он вернулся к своему занятию, подняв руки, чтобы нежно раздвинуть меня пальцами. Его дыхание стало прерывистым.
— Ты очень нежная, — сказал он мне. Он послал мне еще один испепеляющий взгляд. — Но ты еще и очень мокрая. Ты посылаешь мне противоречивые сигналы, Кира. Что мне с тобой делать?
Его лицо приблизилось к моему лону, пока я не почувствовала каждый его выдох.
— Я думаю, что даже мои пальцы слишком грубы для тебя сегодня — пробормотал он в мою плоть.
— Возможно, — выдохнула я в ответ.
— К счастью, я знаю один интересный трюк. — Он нежно прижался ко мне носом, слегка касаясь меня языком. Затем отстранился и спросил: — Ну, как тебе?
В ответ я схватила его за волосы обеими руками и снова прижала его лицо к себе. Он не стал переспрашивать. Он поедал меня нежно, неторопливо. Его руки тоже были заняты: одна пощипывала и мяла мою грудь, другая пробиралась к моему рту. Его большой палец водил взад-вперед по моим губам, дразня.
Я наблюдала за нами в зеркале. Вид того, что он делал со мной, подводил меня к краю так же сильно, как и сами ощущения.
Его пальцы коснулись моего рта, и я открылась для него. Я облизывала его пальцы, пока его губы целовали мою щелочку.
Акт был таким нежным и неторопливым, что мой оргазм застал меня совершенно врасплох. Моя голова откинулась назад. Мои пальцы на ногах скрючились. Мне удалось не выкрикнуть его имя, но я была близка к этому.
Максим поднялся, вытирая рот. Я все еще пыталась отдышаться.
Он вышел из ванной.
Я закрыла глаза. Они снова распахнулись, когда я услышала, как что-то мягко приземлилось на мраморный пол. Я взглянула вниз. Он положил подушку к своим ногам. Наши взгляды встретились. Он ухмыльнулся. Я покраснела. Он вытащил свой член, сжимая его в кулаке.
— Ты хочешь, чтобы я... — начала я.
— Если ты, конечно, не против.
То, как он это произнес, было мучительно вежливо и совершенно неотразимо. Особенно с членом в руке.
— Кажется, в прошлый раз тебе это не понравилось, — заметила я. — Я думала, что я безнадежна.
