— Станешь! — рычит он, приближается, а я испуганно хватаю первую попавшуюся бутылку под руку и швыряю в управляющего, надеясь отпугнуть психа. Тот успевает отклониться, и ошарашенно смотрит на следы на стене и осколки, лежащие на полу.
— Ты идиотка?!
— Не подходи! — кричу, хватит вторую бутылку.
— Да я тебя…
От страха тормоза выключаются, и я бросаю еще пару бутылок. В комнате появляется весьма характерный запах алкоголя.
— Дура! Хватит! Ты хоть знаешь, что это азбутылки! — ревет Валерий. Я успеваю взять еще одну, когда он оказывается слишком близко и заламывает мне руку.
— НЕТ! ПУСТИ! — истошно кричу, отбиваясь от него.
Еще одна бутылка разбивается — но теперь уже просто потому что падает на пол.
Грохает дверь о стену, и я вижу, как в комнату шагает Север.
— Что здесь, блядь, происходит?!
— Ох, Сергей Александрович, — тут же тушуется управляющий. — Все в порядке, р-рабочие… Рабочие моменты. Ваш заказ сейчас будет готов…
Тот мрачно окидывает взглядом нас, затем погром, который оказался результатом нашего противостояния.
Медленно подходит к нам, а затем роняет тихо:
— Руки убрал.
— П-простите, не беспокойтесь, все будет… — замолкает, так и не договорив, а Север между тем довольно грубо хватает меня за руку и тащит за собой.
Я настолько в шоке от того, что он опять заявился, что прихожу в себя только в коридоре.
— Пусти! Я никуда с тобой не пойду!
Мужчина тормозит и поворачивается, смотрит на меня так, что мурашки по телу.
— Не пойдешь? — тихо спрашивает.
— Н-нет, — отчаянно мотаю головой.
— Хорошо, — кивает сухо, а затем, подхватив, взваливает меня к себе на плечо и идет к выход.
— Нет! Пустите! Хватит! — возмущаюсь, колочу по его спине, но Северу хоть бы хны. А на улице мое положение снова резко меняется.
— В машину садись! — приказывает он.
Порыв холодного ветра едва не сносит меня — на мне все еще эта дурацкая форма из клуба, а на улице глубокая осень. Я мгновенно замерзаю. Ежусь и пытаюсь отступить от мужчины. Но тот быстро хватает за плечо и практически силой заталкивает меня в салон автомобиля.
— Это похищение! Я буду жаловаться! Я напишу заявление! — возмущаюсь, когда он садится рядом.
— Отработаешь долг — отпущу, — равнодушно роняет Север. Водитель, к слову, сидит, вообще не замечая нашей перепалки.
— Какой еще долго? Я же сказала, что яхту ваша не я, а друзья Рената и…
— Знаешь сколько стоили бутылки, которые ты расколотила?
Это вопрос меня загонят в ступор.
— Какая разница? Это вопрос я не с вами буду решать! Во-первых, Валерий приставал ко мне, а во-вторых, если я и должна то уж точно не вам, а хозяину клуба, так что…
— Как интересно, — вдруг ухмыляется этот гад. — Ведь клуб-то принадлежит мне, Алина-Малина.
Я осекаюсь под его наглым взглядом. А Север наклоняется, смотрит так, что подавляет своей дикой аурой, и у меня все слова мгновенно вылетают из головы.
— Так что? Отработаешь прямо сейчас? Места хватит — вставай на колени. И закроем долг.
— Ч-что?
Когда вижу, что Тарас зажимает ту самую Алину, даже не верю в первый момент.
Серьезно, блядь? Она же заверяла, что вся такая порядочная и честная недотрога.
Отпуская ее, отрядил Марка присмотреть за тем, что будет дальше. И не прогадал. Когда выяснилось, что мелкие ушлепки затащили девушку, чтобы на троих пустить по кругу.
Долбоебы.
Марк, конечно, не одобрил, сказал, что девчонку надо держать под присмотром — мало ли что там еще ей наплел Смоляков, но на хер. Она вызывала во мне эмоции, которых казалось бы быть не должно.
Поэтому отправил подальше. Пусть пасется где-то еще.
Всю неделю решали с парнями насущные проблемы. Ян, наконец, вернулся в город, и впервые появилась возможность собраться и обмозговать, что делать с теми, кто так дерзко взялись выживать нас из нашего города.
Вот только тут подарочек вышел.
— Ты мог бы и не устраивать тут показательную порку. Вон девочку напугал.
— Мы собрались дела обсудить,, — огрызаюсь, до сих пор не понимая, на что именно злюсь. — Хочешь выгулять хер, ты знаешь, куда пойти. Меня зачем тогда вызванивал?
— Эй, полегче, — фыркает Воронов. — Чего взъелся-то? Если она тебе самому понравилась, так бы и сказал. Чего рычать-то?
Внутри все аж восстает от желание съездить ему в морду. Хотя, казалось бы, за что? Дерьмо какое-то.
В отпуск, что ли, смотаться?
— Чего такие напряженные? — спрашивает Ян, заходя в ВИП-ку. — Коньяк-то принесли?
— Ага, да только наш грозный Север спугнул пташку, — демонстративно жалуется Тарас. — Такая девочка была.
— Слушай, достал со своим блядством во время дел, — морщится Медведев. Хоть кто-то здраво мыслит. — Кароче, у меня вышло договориться кое с кем насчет поддержки, так что те ушлепки, которые подожгли ангар, скоро пожалеют.
— Да ну? — Тут же включается Тарас. — И с кем же ты закорешился?
Дверь Ян закрыл неплотно, так что я слышу какой-то грохот. Да чтоб тебя…
— Погоди, пойду разберусь, — бросаю парням, а сам выхожу в коридор. Иду на шум, и когда оказываясь на месте, вижу опять Алину, уже даже не удивляюсь.
