Мы приземляемся на залитой дневным солнцем поляне. Я, Арон и еще восемь черных магов в боевых ипостасях.
Свежий ветер гнет к земле увядающие цветы. Часть из них покрыта черным инеем — точно копотью. Магия вибрирует в воздухе.
Я почти не ощущаю мягкий толчок, когда боевая Ипостась Арона касается земли. Он трансформируется в человеческую форму меньше чем за мгновенье. Я соскользываю с гибкого тела гигантского Змея и падаю в руки Виара. Кажется, я уже привыкла к этому. Это движение стало таким слаженным и комфортным, будто я делала это годами.
Арон бережно отпускает меня, позволяя встать на ноги самой. Когда он убирает руки, мне становится немного зябко. После проведенной вместе ночи, меня тянет к нему пугающе сильно. Да, он понравился мне с первого взгляда, но теперь я будто теряю контроль над своими эмоциями. Когда я перестаю ощущать тепло от прикосновений Виара, на мгновение мне хочется завыть.
Мне стоило насторожиться. Такое притяжение едва ли было нормальным. Но я все пропустила…
Беловолосый Алик после разрешающего кивка Виара вскидывает руки, и картинка вокруг начинает трещать по швам.
Поле и покрытые сажей цветы надламываются, будто они — отражение в расколовшемся зеркале.
Я крепко зажмуриваюсь, а когда вновь открываю глаза — реальность уже рассыпалась зеркальной крошкой. И вокруг нас проступила иная картина.
Изменилось даже небо. Теперь оно висит низко и опасно громыхает: вот-вот должен разразиться шторм. Ветер бьет в лицо колко и порывисто. Вот она какая, знаменитая Светлейшая Обитель!
Мы стоим перед широкими белоснежными воротами. За ними — бликует снежно-белыми верхушками небольшой замковый комплекс, чем-то напоминающий мне Академию Белого Стана, только раза в три меньше. А ворота — почти такие же. И даже сияющий артефакт-стражник — тусклый белый шар, парящий над входом, — до странного походит на тот, что венчает врата Академии…
Арон приближается к вратам на несколько шагов. Складывает пальцы правой руки в сложный пасс и делает движение, как будто тянет на себя невидимую ручку.
Артефакт над вратами вспыхивает и тут же гаснет.
— Открывай, Алик. — голос Виара звучит насмешливо.
Но мне кажется, что Арону было не так просто вывести из строя артефакт, как он хотел показать.
Массивные ворота слетают с петель через мгновение. И вот мы уже медленно пересекаем вмиг опустевший двор замка. Мое сердце пускается вскачь: почему здесь так пустынно? Где мама и моя сестренка Элина, живы ли? Арон тут же считывает мое волнение и мягко берет меня за руку. Бешено стучащее сердце начинает успокаиваться. Я и Виар в центре, восемь воинов — двигаются в одном темпе с Ароном — шаг в шаг, окружив нас кольцом защиты. Мечи из черно-серого металла мягко светятся в их руках. Мы с Ароном — единственные идем без оружия. Хотя по факту безоружна здесь только я.
Я пытаюсь подстроиться под ход воинов, и вскоре мне это удается.
На парадном крыльце замка нас встречает высокий старик с гордой прямой спиной. Молочно-белые одежды укрывают его острые плечи, длинные седые волосы убраны в низкий хвост, а льдисто-синие внимательные глаза излучают сдержанное сияние белой магии. Я сразу понимаю, что передо мной главный жрец Обители.
Мы останавливаемся.
Старик еле заметно склоняет голову в приветственном кивке. Это не поклон своему Виару и господину. Просто приветствие равного, преисполненное ледяного достоинства.
Арон отвечает белому старику таким же кивком. Не больше и не меньше. Потом старик переводит взгляд на меня.
— Я — Дамиан, Главный жрец. Приветствую Виара, его Арави и воинов в Светлейшей Обители, — представляется старик на удивление глубоким сильным голосом.
— Приветствую, Дамиан. У
Дамиан оценивает взглядом невеликое войско Виара, явно что-то прикидывая в уме. Неужели думает напасть?! Кто знает, может из бойниц замка на нас нацелены десятки атакующих заклятий?..
Старик поджимает губы и смотрит с ледяной ненавистью в глаза Арону. “У
И Дамиан отводит взгляд первым.
— Думаю, я знаю о чем речь, Виар Арон. Прошу вас быть гостями в Обители до разрешения вашего вопроса…
— Я на своей земле, — ледяным голосом припечатывает Арон, делая шаг навстречу Дамиану, — я не в гостях. И буду здесь столько, сколько пожелаю… А теперь, я хочу видеть мать и сестру моей Арави. Мне известно, что они здесь.
— Разумеется, — старик покорно опускает взгляд и склоняет голову чуть ниже, оставаясь при этом с прямой как палка спиной, — прошу простить, Виар. Я неверно выразился. Сейчас все будет исполнено.
Формально к словам не придерешься. Но вся фигура Дамиана, вся клокочущая в нем ослепительно белая магия точно бунтуют.
