Об уголовном деле женщина узнала однажды рано утром, когда к ней домой пришли с обыском сотрудники ОБЭП. В этот же день полиция явилась в оба детских сада Екатерины – проверять документацию. На вопросы родителей полицейские отвечали, что руководитель сада украла у государства 10 млн рублей.
«Но в день обыска было просто шоу. Обэпник и следователь не поверили, что я действительно беременна, решили, что меня просто в больнице муж скрывает, долго бегали по этажам больницы, разговаривали с главврачом. В итоге заставили при них сделать УЗИ. Мне делали УЗИ, а следователь стоял в дверях и смотрел, беременна я или нет. После УЗИ был допрос, – вспоминает Екатерина. – Следователь Алдобаева вела себя нормально, равнодушно. Но когда я рассказывала что-то, что ей не нравилось, например, о том, как у меня не хотели принимать документы на субсидию, она говорила, что это не нужно, не надо засорять допрос. Обэпник вел себя ужасно. Неоднократно запугивал моего мужа, намекал, что Дима потеряет работу. Как-то обэпник сказал: "Екатерина Михайловна, расскажите, кто вам в администрации помогал и кого вы благодарили, иначе ваш супруг и ваш тесть работать в больнице не будут". Но мне никто не помогал, и я сказала, что ничего говорить не буду» [19].
Следствие предъявило Екатерине Возлюбленной то, что она якобы предоставила в Минэкономразвития ложные документы и скрыла тот факт, что купила уже действующее учреждение и начала с ним работать.
Как заявила защита, Екатерина указывала в одобренном Минэкономразвития бизнес-плане, что приобретает помещение, в котором ранее функционировал детский сад, и планирует его расширить. Эти факты в ходе спора с ФАС изучил и Арбитражный суд, который в решении указал, что представленные Екатериной сведения достоверны и все обязательства по договору о субсидии она выполнила.
Следствие эти доводы проигнорировало.
К уголовному делу следователь приобщил заключение эксперта, оценившего приобретенное помещение детского сада не в 20 млн рублей, за которые Екатерина его приобрела, а в 11 млн.
В суде выяснилось, что экспертиза была проведена с нарушениями методики оценки зданий, эксперт для сравнения взял цены не на аналогичные объекты в жилых кварталах города, а на ангары в промышленной загородной зоне. Заключение суд признал недопустимым доказательством, что по нынешним временам – вселяющая надежду редкость. Более того, и эксперт в суде сообщил, что во время предварительного следствия следователь оказывал на него давление.
Но от приговора это предпринимательницу не спасло.
