И четвертый полковой сотник, довольный произведенным впечатлением, отправился обустраиваться на новом месте. Только вот своими угрозами он молодого десятника совершенно не испугал. Испугало другое. С недоверием глядя ему вслед, Кремон никак не мог осознать, что именно молоденький паренек, оставшийся с командирами, и является той самой главной опасностью на сегодняшний день. Причем не так для Невменяемого лично, ведь свои действия он и так контролирует постоянно, как для его родного королевства и всех союзников. Просто страшно себе представить, какими возможностями будет обладать обычный боевой отряд, имеющий в своем составе такого Эль-Митолана! Да он пройдет территорию любого государства почти как раскаленный нож сквозь подогретое масло.
Оставалась еще возможность элементарной ошибки. Может, Золана что-то напутала или не расслышала. Может, ожидаемый колдун-наемник именно сегодня не прибыл. Возможно, и никогда не прибудет в полк. Может, его и в природе не существует.
Но когда наступила поздняя ночь, а проверка талантов уникального Эль-Митолана все продолжалась, Кремон впал в уныние. И ничего больше не мог придумать, как отправиться спать в свою комнату. Чисто формально отнесшись к любовному акту с расшалившейся Золаной, он поведал о появившемся здесь ее земляке, затем сослался на усталость и тут же постарался заснуть. С явным намерением через несколько часов со свежими силами попытаться высмотреть или подслушать хоть что-то на территории самого замка.
Но проснулся Кремон еще раньше, чем намечал. Обеспокоенное подсознание и во сне не давало покоя. Пожалуй, чуть ли не пять лет ему не снились такие жуткие кошмары. Начинало, видимо, сказываться нервное напряжение из-за длительного нахождения в тылу врага и одновременного наложения сложной задачи.
Тут же, лишь немного отодвинув прижавшуюся к нему красавицу, Невменяемый ушел на поиски «отделенным сознанием». И через пять минут весьма вовремя попал на разыгравшийся скандал в казарме одного из десятков входящих в состав сотни Дорнесса Шавена. Этот каменноподобный сотник небезосновательно носил свое прозвище Скала, но в данном случае, похоже, и он немного растерялся. Ибо на него, брызгая слюной и срываясь на истерические нотки, кричал, визжал и топал ногами не кто иной, как тот самый юнец, который не дал этой ночью выспаться Кремону. Уникальный Эль-Митолан вел себя так дико и омерзительно, что был достоин любого немедленного и самого строгого наказания.
Похоже, именно это и собирался сделать разъяренный десятник, в казарму которого и определили новенького. Только вот взбешенного младшего командира остановили от немедленной расправы собравшиеся там же, помимо Дорнесса, и Куцер Манк, и капитан Валер Лессо, и главный полковой интендант. И теперь все четверо находились в затруднительном положении. Мало того, что весь личный состав казармы проснулся, но еще и по каким-то соображениям командиры не решались применить физическое или дисциплинарное наказание против нарушителя спокойствия.
Наконец самый пожилой среди них и умеющий простым разговором гасить любые конфликты, главный полковой интендант выступил вперед и принялся увещевать разошедшегося истерика:
— Наемник Бейт! Ты хоть бы своих боевых товарищей пожалел. Всех разбудил.
— С какой стати?! Обо мне никто не хочет подумать, поэтому и мне на остальных наплевать.
— Ну не скажи, комнату тебе предоставили самую большую и самую лучшую.
— Большую?! — так и захлебнулся злобой юнец. — Да вы, наоборот, мне самую мерзкую нору выбрали!
— Хорошо. Если сомневаешься, можешь утром обойти все остальные комнаты личного состава. Тем более что все рядовые спят в общих казармах.
— Что?! Вам опять напомнить условия моего контракта?
Оба сотника и капитан тем временем отступили немного назад и стали спешно совещаться. Кремон своим сознанием завис между их лицами, тем более что выкрики новенького и так были слышны превосходно.
— И кто согласился на такой контракт для этого горлопана? — возмутился капитан Валер.
— Непонятно вообще, как этот урод до сих пор живет на белом свете! — гневно блеснул глазами Куцер Манк.
А сотник Дорнесс Шавен лишь прогудел, почти не разжимая челюсти:
— Я бы его скрутил в бараний рог!
— Увы! Дорогой Шавен, приказы нам приходится выполнять без вольных трактовок. — Валер скривился, словно выпил стакан уксуса. — Но что же делать с этим капризным подарком судьбы?
— Подарок?! — рыкнул Дорнесс. — Да он смахивает на экскременты шейтаровской деятельности!
— Согласен! — Куцер бросил презрительный взгляд через плечо на скандалящего Эль-Митолана. — Но что-то действительно надо предпринять. И срочно! Иначе совсем потеряем авторитет перед личным составом.
Капитан с досадой крякнул и предложил:
— А давайте его и в самом деле определим в десяток Кашада Низу? Да еще и предупреждать не станем по всем пунктам контракта этого Ксомоса. Уж он точно найдет к нему подход, если сразу половину костей не поломает.
— Правильно! — тут же вставил Дорнесс. Но вот сотник Манк сразу насторожился:
— Ведь лейтенант Гулис с таким предложением категорически не согласилась.
