– Спасибо огромное! Но возьму только эту бабочку. И то придётся ждать шесть дней, пока артефакт на меня не перенастроится. Жаль, что раньше тебе эту тайну не раскрыл.
Украшение он себе прикрепил за отворот куртки. И рукой удобно достать, и потеряться не должно даже во время боя. А так как приспособления для вёсел на малом плавере уже возвели, поспешил к иным колдунам за наёмной силой. Надежды он почти не питал, что жемчужины его станут слушаться сразу, но глупо было бы не попробовать. А вдруг?
Увы! Четверть заёмной силы, и так уже не умещавшаяся в собственном резервуаре, переходить в украшение не захотела. Так и стали постепенно распыляться в окружающее пространство, как обычно в таких случаях и происходило. Но в любом случае, рассеивание тоже не сразу происходит. Можно закачать в себя второю «полную» силу, и она выльется в никуда за восемь – десять минут. Третья уйдёт почти сразу, за две минуты. Четвёртая и полминуты не удержится. Но в намечающемся действе подобные секунды и мгновения тоже решали многое. Только надо, получив колдовские силы товарищей, сразу проламываться с максимально возможной скоростью сквозь Барьер. Ну а коль застрянет, то оговорили все знаки и жесты, после которых увязшего в тисках Терраформкаста попробуют вытянуть с помощью канатов.
Имелись и маленькие сомнения:
«Может, плюнуть на эту спешку? Подождать шесть дней, сродниться с этим украшением и парочкой иных, взятых временно у Мальвики напрокат? Уж тогда я точно без ненужного риска проскочу эту шейтарову преграду! – И сам себе возражал: – Нежелательно здесь так долго торчать всей флотилии! Или надо уводить корабли в открытое море, или срочно заводить и прятать в русле реки Дикуш. Знать бы ещё, доберусь ли я к операторской? Если тут такие же сталпни и монстры… Хотя никогда подобного вокруг Зачарованной Пустыни замечено не было. Значит, тут нечто совсем иное…»
Любое действие – лучше надоевшего размышления, полного сомнений. Исключение реально лишь в том случае, когда приходится переться вперёд, не продумав, как и что.
Но здесь вроде все продумали как следует, перестраховались и напоследок не пожалели заёмных силёнок, загрузив уходящего коллегу по максимуму.
На малом ходу плавера протиснулся вполне быстро первые два метра, потом с огромным трудом – третий, дальше четвёртого – прежде не удавалось. И как раз там так сжало, что расход запасённой энергии повысился резким скачком.
Однако перед тем толкаемое впереди весло прошло некий максимальный зажим и настолько легко скользнуло вперёд, что вырвалось из поддерживающей его руки, прыгнуло на пару метров вперёд, как живое, и уже там, по наклонной, словно бы скатилось вниз и плюхнулось в воду. Оставшиеся на большом плавере друзья тоже всё это оценили правильно, дружным рёвом выражая восторг. Теперь оставалась главная закавыка: выдержит ли «скорлупа»?
Два весла толкали малый плавер, водомёты которого вспенили воду за кормой. Ещё три – непосредственно тело самого Кремона, который грудью навалился на щиток управления. На пятом метре сдавило так, что выжало слёзы из глаз, сперло дыхание и послышался треск собственных костей. Промелькнула паническая мысль: «Зажало!» – как вдруг со страшным треском давление стало резко спадать, плавер дёрнулся вперёд и, преодолев ещё метров пять плотного пространства, вырвался за пределы коварного Барьера. Оказалось, что он совсем не широк, всего лишь метров десять-одиннадцать.
Но нахлынувшее ощущение «гора с плеч» словно дало крылья, казалось, надо только распрямиться, оттолкнуться ногами и взлететь! Если бы!
Разгибаться пришлось с трудом, как и поднимать руку для приветствия. Рёбра стонали, плечи скрипели, коленки и локти почти не гнулись, да и улыбка на лице наверняка получилась вымученная. И хорошо, что можно было обойтись без длительной демонстрации всеобщей радости.
Кремон взмахнул рукой и тут же вернулся к управлению плавера. Чуток подправил курс на восток и, набирая скорость, понёсся к устью реки Дикуш. Если и есть центр управления данного сектора, то он наверняка в одноимённом городе. Знать бы ещё: на каком из берегов? И как встретит центр одного человека, первопроходца новой земли, возможного её обладателя или владыку? Тем более прибывшего пока одного, без своей верной свиты?
Острова и скалы, закрывавшие устье реки от взглядов с моря, прятали и вполне приличный по размерам город. Вряд ли он уступал Окли, разве что не было таких высотных зданий, да и две башни не торчали исполинами. Подпортило общее впечатление и время, своей безжалостной рукой беспощадно уничтожив добрую половину построек. Видимо, они никакими магическими структурами не сохранялись.
