— Горячая девочка, — вожу большим пальцем по груди, задевая уже твёрдый сосок. Ее грудь эстетически красива. Небольшая двоечка, но упругая, высокая, соски небольшие, персиковые. Девочка быстро моргает, начиная плыть, прикрывая глаза. — Я сказал, смотреть на своё отражение! — хриплю ей в ухо, прикусывая мочку.
Скольжу пальцами ниже, там, где горячо и влажно. Раскрываю складки, аккуратно поглаживая клитор, слегка задевая кончиками пальцев. Ее глаза распахиваются и устремляются вниз. Туда, где я ее ласкаю. Наблюдает, как завороженная, сильнее кусая губы, чтобы не стонать.
— Расслабь губы. Не кусай их, — велю, ловя ее всхлипы. Продолжаю нежно массировать клитор, словно он хрустальный, но сжимаю ее грудь, оставляя красные следы от своих пальцев. Тая вскрикивает и тут же закатывает глаза, не успев возмутиться, потому что я ускоряю движения на клиторе. Щипаю ее соски, слегка оттягивая, усиливая эффект.
Женская грудь напрямую связана с лоном. Лёгкая боль в сосках усиливает возбуждение. Меняю направление. И теперь нежно ласкаю ее соски, обводя их подушечками пальцев, но резко скольжу в ее лоно двумя пальцами. Ловлю еще один ее всхлип. Таисия снова дёргается, пытаясь вырваться. Но я вжимаю ее в себя сильнее, не позволяя. На самом деле она не хочет убежать. Женское тело на генетическом уровне паникует, когда его берут грубо, запуская во мне инстинкт хищника. Ее ноги дрожат, а колени подкашиваются. Но я не даю ей упасть, чувствуя, как ее спина покрывается потом. Девочка так быстро подходит к точке невозврата. Такая чувствительная, что меня самого передергивает от желания. Она уже не закрывает глаза, а внимательно наблюдает, как я трахаю ее пальцами, создавая характерные звуки.
Выскальзываю из нее, снова переключаясь на клитор, отпускаю грудь и беру край ремня на ее шее, наматывая его на кулак. Натягиваю, теперь действительно лишая девочку кислорода.
В ее глазах шок. Руки снова взлетают к шее, хватаясь за ремень, намереваясь меня остановить. Это нормально. Даже радует тот факт, что Тая не знакома с такой техникой. Что она почти невинна и не развращена. Ее реакция не поддельная и не наигранная. Какой мне не хватает в шлюхах.
— Руки убери! — рычу, повышая голос. — Я управляю тобой! — не останавливаю движение пальцев на ее клиторе, подводя девочку к пику.
И ей уже плевать на нехватку кислорода. Тая ловит этот извращённый кайф, закатывая глаза, распахивая губы в немом крике, красиво кончает, выгибаясь. Умница. Хорошая девочка. Отпускаю ремень, позволяя ей дышать. И она хватает воздух, снова начиная оседать.
— Куда собралась? — подхватываю ее за талию, не позволяя упасть. — Мы только начали. Обопрись руками на стекло и прогнись! — теперь в моем голосе только приказы, не терпящие непослушания. Я тоже в точке невозврата. — Руки на стекло, я сказал! — несдержанно повторяю приказ.
Ее ладони проскальзывают по запотевшему от нашего дыхания стеклу, но всё-таки останавливаются, находя точку опоры. Нажимаю ладонью между ее лопаток, заставляя прогнуться еще больше, тяну бедра на себя, ставя в позу.
— Стой, не двигайся, — велю ей, смотря, как дрожат ее шикарные ноги.
— Я не могу, — всхлипывает, еще не отошедшая от шокирующего оргазма.
— Можешь, — усмехаюсь, расстёгиваю ширинку, освобождая давно налитый ноющий член. Провожу по нему рукой, прикасаюсь к ее горячей плоти головкой, на мгновение зажмуриваюсь с шипением и резко вхожу под ее громкий вопль. Таисия, конечно, не целка. Но, мать вашу, она такая маленькая и тесная, что мне тоже больно. Замираю, давая возможность наглотаться ей воздуха и привыкнуть.
Начинаю медленно двигаться, но с каждой секундой ускоряю темп, наслаждаясь ее рваными вскриками и тем, как ее ладони постоянно соскальзывают со стекла, но она старательно ищет точку опоры.
Я обещал ей взять контроль в свои руки, но теряю его вместе с ней.
Вхожу в нее глубже, грубее, резче, не щадя, не жалея. Как привыкло мое избалованное тело. Тая уже пищит, ее ногти царапают стекло, но я не останавливаюсь. Ее тело сводит с ума, она не просто тесная и тугая, она живая. Настоящая. Пульсирует, сжимая меня изнутри, но я вхожу глубже, жёстче, пока её вопль не превращается в прерывистый стон. И вот когда я чувствую, что мы близко к развязке, ловлю край ремня, натягивая, заставляя ее прогнуться, запрокинув голову, совершая последние сокрушительные толчки.
— Кончай, — приказываю ей, потому что сам на грани, внутренности сжимает спазмом. Девочка для меня открытие. Приятное открытие.
И всё. Тая снова улетает. Уже не контролируя себя, соскальзывает по стеклу. Перехватываю ее за талию. Резко выхожу из нее, хотя очень не хочется. И кончаю на ее шикарные дрожащие бедра. И только сейчас до меня доходит, что я не использовал презерватив. Даже если я уверен, что девочка чистая и я чист, я никогда никого не трахал без резинки, кроме Веры. Я брезговал всеми, да. А с Таей забыл…
Девочка не стоит на ногах, ее еще трясет. Подхватываю Таю на руки и укладываю на диван.
— У меня мурашки на лице и губах, это нормально? — хрипит она испуганно.
Усмехаюсь.
