Мне почти удалось задремать, когда до слуха донёсся щелчок открываемого замка на моей двери. Да, я закрывалась даже в отцовском доме, это давно стало привычкой, так я чувствовала себя спокойнее. Но сейчас кто-то явно смог открыть запертую изнутри щеколду, и это заставило меня мгновенно собраться.
Я быстро поднялась с постели, создала в руке обездвиживающее плетение, уже собралась кричать, звать на помощь… как вдруг в лунном свете увидела мужчину с белыми волосами.
– Элин, не пугайся, это всего лишь я, – проговорил он, закрывая за собой дверь.
– Хельм?! – выпалила я, боясь поверить своим глазам.
Но уже чувствовала, что это действительно он. Сердце застучало часто, в груди потеплело, а низ живота сладко заныл. И так нестерпимо захотелось подойти ближе, прижаться к нему, ощутить его тепло. Но я сдержалась.
– Ты проник в мою спальню, – сказала возмущённо и даже скрестила руки на груди. – Это недопустимо.
– Ты не пришла на встречу, – ответил он и медленно направился ко мне.
– Я не обещала, что приду.
Он подошёл так близко, что мне пришлось упереть ладонь в его грудь – только это заставило его остановиться. Хотя мы оба понимали, что Хельм просто даёт мне иллюзию контроля над ситуацией.
– Я ждал. А потом решил отправиться к тебе сам, – сказал он и накрыл мою ладонь своей, мягко сжал и отвёл в сторону.
– Уходи, Хельм, – я отвернулась, но даже не попробовала высвободить руку. – Нам не о чем говорить. Всё уже было сказано. Наши дороги давно разошлись.
– А что мешает им сойтись вновь? – поинтересовался он с улыбкой.
Легко погладил меня по щеке и коснулся подбородка.
– Разве что-то изменилось? – я всё-таки посмотрела ему в глаза.
– Многое, – шепнул он и коснулся губами моей щеки.
Я замерла, не в силах отпрянуть. Прикрыла глаза, глупо наслаждаясь такой простой лаской. А Хельм запустил руку в мои волосы, чуть помассировал затылок… а его губы накрыли мои.
По телу мгновенно разлилась нега, всё моё существо потянулось к нахальному вергонцу. И как я ни старалась оставаться холодной и отчуждённой, но эта маска слишком быстро треснула и рассыпалась, выпуская на волю мои истинные эмоции.
Я обняла его за шею и ответила на поцелуй, вкладывая в него все те чувства, что сейчас клубились в душе. И злость, и обиду, и тоску, и нежность. Я ведь так скучала по нему, хоть и запрещала себе о нём думать. Но сейчас он был рядом… и у меня не нашлось сил и воли его оттолкнуть.
Хельм целовал нежно, осторожно, гладил мои плечи, спину и прижимал к себе всё крепче. Но во мне уже пылали пожары острых, как бритва, эмоций. Хотелось, чтобы он понял, как мне было плохо без него, как я злюсь на себя, что сейчас так глупо таю в его объятиях. И я укусила его за губу. Думала, после этого он отстранится, отпустит, но он издал полный желания стон, а от осторожной нежности не осталось и следа.
Поцелуи стали резкими, страстными, такими яркими, что у меня подкосились ноги. А Хельм вдруг подхватил меня на руки и шагнул к кровати.
– Как же я по тебе соскучился, – шептал он, лаская поцелуями мою шею.
Я не стала отвечать, да и вообще уже не могла адекватно мыслить. Все мои желания свелись к тому, чтобы скорее почувствовать под пальцами его обнажённую кожу. Я выправила из-под ремня его рубашку и, наконец, коснулась тёплой сильной спины моего короля. Но он не собирался оставаться в долгу, потянул наверх мою ночную сорочку и, сняв, отбросил в сторону. А затем стащил через голову и свою рубашку, проигнорировав пуговицы.
Мы снова целовались, как сумасшедшие. Кусались, сталкивались зубами, языками, пили дыхание друг друга, будто были друг для друга самым вкусным и необходимым живительным бальзамом.
– Я так тебя хочу, Элин. У меня нет сил сдерживаться. Прости, если пугаю, я постараюсь действовать осторожнее, – проговорил он, на мгновение отстранившись.
Вместо ответа я сама поцеловала его, потянулась к ремню на брюках. А едва он понял, что именно я пытаюсь сделать, как сам быстро избавился от остатков своей одежды.
Но, несмотря на сжигающую нас обоих страсть, он входил в меня медленно, не разрывая поцелуя. А полностью оказавшись внутри, остановился, приподнялся на руках и посмотрел мне в глаза.
– Вот теперь всё правильно, – сказал Хельм, лаская меня чуть затуманенным взглядом.
– Что? – не поняла я и сама двинула бёдрами, призывая его к действию.
Он начал двигаться, но продолжал удерживать мой взгляд своим.
– Всё. Ты, я, мы.
Я не осознавала смысл его слов, да и не могла сейчас думать. Мне хотелось совсем иного. И Хельм понял, снова завладел моими губами, а толчки стали резче, быстрее. Каждый из них задевал внутри невидимые струны, всё сильнее вознося меня к вершинам надвигающегося наслаждения. Я двигалась вместе с Хельмом, ловила его ритм и, кажется, уже начала постанывать в голос.
А потом моя вселенная взорвалась миллиардами звёзд, а по телу прокатились несколько волн чистейшего, концентрированного удовольствия. На мгновение показалось, что меня качает на волнах огромного океана, и только сладкие, резкие движения Анхельма во мне оставались единственной связью с реальностью.
