Невольница. Книга 1 полностью

От этой мысли мурашки побежали по коже, и я решила подумать о чем-то другом, кроме загадочного нового хозяина, записного психопата. Вспомнив рассказ Киары о других невольницах, Элли и Сабрине, я поняла, что те исполняют любые приказы, но не спят с незнакомцами, чем приходилось заниматься мне все годы голгофы. Даже если другого выхода не оставалось, они могли отказаться.

Их работа заключалась в шпионаже, как внешнем, так и внутреннем. Переговоры, слежка, наблюдение за конкурентами. Они представляли своих хозяев, когда те отсутствовали, и через других невольниц налаживали связи между своей сетью и другими. Они были тенями, которые лучше других поддерживали функции сети. Им постоянно грозила опасность во время миссий, но они получали столько денег, что стимул для работы не иссякал.

По мнению Киары, с помощью невольниц оптимизировали «человеческие ресурсы». Одной хорошо подготовленной особе можно доверить задание, требующее самых разных навыков, снижая тем самым риск провалить план.

Как правило, невольницами были женщины. Но существовали и невольники. Я даже выяснила, откуда взялся термин: те, кто придумал этот статус, хотели навести правительство на ложный след киднеппинга и удержания в неволе. И под носом у властей проворачивать аферы с торговлей оружием.

Так вот что такое невольницы. Настоящие.

Мои размышление были прерваны, когда опять хлопнула входная дверь. Кто-то пришел.

И снова тишина.

Минут через двадцать тишину внезапно нарушил хриплый голос, но это был не психопат. Я прижала к губам ладонь, когда поняла, что голос женский и эта женщина самозабвенно стонет.

Значит, чтобы дать выход ярости, он трахает какую-то девицу? Очень мило.

Интересно, она тоже невольница? Одно не вызывало сомнений: кайфовала она от души. Она так громко выкрикивала имя моего хозяина, что я не могла сомкнуть глаз.

Я с нетерпением ждала завершения утех. Когда стало тихо, я удовлетворенно вздохнула. Укуталась в белое одеяло и погрузилась в сон.

«Воздух был тяжелым. Я не знала, где я, но в этом замкнутом пространстве было невыносимо.

Я услышала вдали смех этих жирных свиней, которые надругались надо мной, и бросилась бежать изо всех сил. Я пыталась скрыться, но их голоса звучали все ближе и ближе.

Они быстро догнали меня.

— Убирайтесь! Уходите! Умоляю, оставьте меня!

Я орала, чувствуя их грязные руки. Их прикосновения были худшей из пыток. Я была пленницей, отданной им на откуп.

Их смех отдавался в голове, пока они дергали меня за волосы, наносили раны, пугали так, что я не могла шевельнуться. Тетя стояла у двери. Она уговаривала меня не сопротивляться ради нее. Я хотела закричать, попросить ее о помощи, но ни единого слова не слетело с моих губ, зажатых незнакомыми пальцами».

— Заткнись, идиотка!

Я проснулась, подскочив и икая от неожиданности, лицо было мокрым. Меня вырвали из кошмара, плеснув мне в лицо водой.

Я мгновенно узнала стоящего рядом человека, его жесткие черты и нахмуренные брови. Я его разбудила? Похоже на то, судя по его усталой физиономии.

В горле пересохло, губы потрескались. Психопат бесцеремонно разглядывал меня, отмечая все: потерянный вид, прерывистое дыхание — ведь сердце бешено колотилось.

— Еще хоть раз устроишь этот цирк, и я тебя придушу, невольница! — яростно проскрежетал он. — Мне осточертело слушать твои вопли и рыдания во сне.

Голос был таким же резким, как и слова. Он уже повернулся, чтобы отправиться досыпать, когда я едва слышно попросила:

— Можно мне воды?

Горло совершенно пересохло, не может же он отказать мне в стакане воды.

Психопат остановился и ядовито ответил:

— Ты только что всю ее извела, думать надо было.

И закрыл за собой дверь. Я осталась одна в этой комнате, такой же жуткой, как и в кошмаре.

Я встала, чтобы снять промокшую кофту. Натянув запасной свитер, снова улеглась на матрас, тоже влажный. Просто издевательство над человеком, который так хочет пить! Вот козел.