В конце концов, тема политики – ее возможное влияние на нашу судьбу, принятие (выгодно – не выгодно) новых указов, амнистий, поправок к УК и УПК – стала одной из самых популярных в «Матроске».
В тюрьме эта тема приобретает особое звучание и значение. По-настоящему женщиной считается только мать. Все остальные – «мясо», «телки» и т. п., включая, кстати, в большинстве случаев и тех, чьи письма трепетно перечитываются и чьи фотографии бережно хранятся…
На воле никто никого не «соблазнял», не влюблялся, не отбивал. На воле каждый «телок снимал». Причем чем круче рассказчик, тем дороже он за это платил.
Послушать – так все звезды и звездочки российского шоу-бизнеса переспали с бригадирами разного ранга, получая за это автомобили, круизы и т. п. По моим подсчетам, одна только А. Апина должна ездить, как минимум, на шести различных автомобилях, подаренных ей за «полный улет» шестью различными авторитетами и бригадирами. При этом все истово делают вид, что во все это безоговорочно верят.
Когда на ТВ мелькает знакомое лицо, общий крик: «Вован! (Серега, Олежка, Витек…)… Иди, твоя п… поет!» И снова повод приколоться, как она не давала проходу, как хочет прийти на свиданку, а он ей запрещает, чтобы его гиена не узнала… А вечером (ночью), придя ко мне, один-на-один просит написать стихи для своей «гиены». Что-нибудь душевное… Все это очень грустно. Сколько же цинизма и жестокости, любви и нежности, бесстыдства и целомудрия намешано в душах тех, кто приходит приколоться в мой угол.
Когда говорят о делюге, все понимают, что речь идет только о конкретном уголовном деле.
То, что все сидящие в тюрьме считают себя невиновными, – миф сочиненный следователями и профанами. Больше половины считают себя, и той или иной степени, виновными. Но хотят справедливого разбирательства, следствия и суда. Не выбивания показаний, закрывающих еще несколько «висящих» на милиции дел, и не прессования в хате с той же целью.
Например, мне лично оперативники неоднократно угрожали тем, что поручат местному оперу перевести меня в «пресс-хату». При этом, смакуя детали, объясняли, что именно там со мной сделают, прежде чем я умру от «сердечной недостаточности».
Но есть и другие методы. Человека начинают бросать из хаты в хату. Через каждые три – четыре дня. И все это – через сборку. Другими словами, человек все это время на ногах – ни еды, ни спанья… Так получают показания, которые ложатся в основу «объебона». И на их основании тебя судят.
Вот об этом, – о том, как объяснить данные показания, как уйти от беспредела, – идут беседы в нашем углу. Здесь прочитывается объебон, уточняется ситуация, а потом пишутся жалобы, на которые все равно никто не отреагирует и, как правило, даже не ответит…
Наверное, это самая короткая тема, носящая чисто описательный характер. Казалось бы, на общаке любая повышенная нагрузка, ведущая к повышенной интенсивности дыхания, – самоубийство. Но, тем не менее…
Спортом в «Матроске» занимается в основном братва.
Во-первых, для поддержания формы, необходимой, в свою очередь, для поддержания «порядка» и должной иерархии в хате. Во-вторых, только у них есть возможность освободить себе для этого в хате два – три квадратных метров площади. И, наконец, в-третьих, – только для них специально готовятся «спортивные снаряды», о которых следует упомянуть особо.
В хате, как правило, полно пустых пластиковых 1,5– и 2-литровых бутылок (в них приходят в дачках сгущенное молоко, мед и т. д.). Бутылки наполняются обычной водой из-под крана, плотно завинчиваются, связываются вместе по 6–10 штук. Для этого плетутся особо прочные канатики. Достаточно приделать к такой связке ручку (из простеганных кусочков одеяла), и «гиря» готова.
Есть и второй способ изготовления «гири». Пол в хате обычно выложен метлахской плиткой (вернее, остатками этой плитки, так как практически вся плитка идет на «гири» и «электроплитки»). Из старого одеяла шьется сумка-чехол, которая наполняется отодранными от пола плитками. После чего сумка наглухо зашивается, и получается «гиря» килограмм на 8–12.
Если удается затянуть в хату резиновый бинт или жгут, то сложенный вчетверо и привязанный одним концом к спинке шконки, он с успехом служит своеобразным эспандером. Все описанные выше снаряды предназначены для «качания».
Для отработки ударов служит боксерская «лапа». Шьется она из чьей-то плотной кожаной куртки. Кто-то остается без куртки, но это никого не волнует. Если «жертвователю» понадобится куртка или не в чем будет поехать на суд – найдут, обеспечит, отнимут у вновь заехавшего «бандерлога».
Тренировки происходят в хате, но не на пятаке у тормозов, а в том углу (ближе к решке), в котором обитает братва. И, естественно, на дворике во время прогулки. На дворике, правда, можно еще и подтягиваться. Разбежался, подпрыгнул, уцепился руками за решетку, которая перекрывает дворик сверху над головой и подтягивайся, сколько хватит силы.
