Имена прочих девочек отдалились и стихли. Остался лишь этот новый звук, её звук, к которому тянуло неудержимо. Бетани лихорадочно искала, откуда он исходит, опрокидывая целые стопки книг, пока, наконец, не нашла светло-серый том с чёрной звёздочкой, почти незаметной, вышитой снизу на корешке. Бетани прижала книгу к груди. Кожа была гладкая и какая-то, как будто влажная. Сердце колотилось от странной смеси восторга и ужаса – словно девочка готовилась прыгнуть в пропасть.
– Это моё! – прошептала Бетани.
Она обернулась к Риготт, готовая предложить ей все свои медяки до последнего, готовая отдать всё на свете за эту книгу. Но прекрасная торговка уже снова уселась на козлы. Деньги её явно не интересовали.
– Ну, мне пора, – объявила она. – Впереди ещё столько других! Я чувствую их скрытые способности, которые только и ждут, чтобы им дали волю. Твоя книга заклинаний – не единственная, которой я намерена найти хозяйку нынче ночью.
– Книга заклинаний? – переспросила Бетани, вертя книгу в руках. – Но ведь я же не ведьма! Ведьм вообще не бывает!
Фургон тронулся и стремительно покатил по дороге, с таким грохотом, что аж деревья зашевелились. Бетани испугалась, что колёса разобьются в щепки или слетят с осей, но фургон вместо этого припал к земле, точно зверь, готовящийся к прыжку, а потом рванулся и взмыл в воздух. На лету он раздался вширь и развернул длинные крылья. Теперь уже не фургон, а чудовище, такое огромное, что оно затмевало звёзды, уплывало в ночное небо, и на спине у него виднелась крохотная фигурка.
Когда силуэт чудовища растаял вдали, тёмное облако, что окутывало разум Бетани, развеялось, и она обнаружила у себя в руках гримуар. Девочка отшвырнула книгу так, будто у неё вдруг выросли когти и бритвенно-острые клыки.
«Надо пойти домой и рассказать мистралям о том, что я видела, – подумала она. – Оказывается, в старых сказках всё правда. Ведьмы существуют на самом деле! Но ведь я-то не такая тёмная тварь, как она, что бы она там ни говорила. Я даже больше не притронусь к этой книге. Оставлю её тут и вернусь с…»
Но когда Бетани опустила взгляд, гримуар каким-то образом очутился у неё в руках. И страницы были не из бумаги, как она думала, а из тонюсеньких зеркал, вшитых в обложку. «Что ж это за книга такая?» – подумала Бетани. Ей стало любопытно. Она посмотрела на своё отражение: на короткие волосы, которые всё никак не хотят расти как следует, на невыразительные карие глаза… Одно из тех лиц, что забываются в тот же миг, как ты его увидел.
«Мне хочется, чтобы на меня обращали внимание», – подумала Бетани.
И как будто в ответ на зеркальной странице начали прорисовываться незнакомые слова, которых Бетани никогда прежде не видела, разбивая её отражение и чудовищно искажая его.
«Обретая силу, познаёшь других людей. Теряя силу, познаёшь себя самого».
Деревни Де-Норан больше не было.
На месте деревянных домов чернели обугленные развалины. Даже трава почернела и пожухла. Кара прошлась по главной улице, вспоминая, как шумно бывало тут в середине дня, в разгар торговли. Как грохотали тележные колёса. Как монотонно гудели голоса продавцов, покупателей и сплетников. Как радостно визжали играющие на площади ребятишки.
Всё затихло.
Им следовало бы продолжать свой путь в Мир, однако Кара увидела с корабля изменившуюся деревню и настояла на том, чтобы причалить к берегу. Несколько человек из команды сошли на берег вместе с детьми и рассыпались по заброшенным фермам в поисках припасов.
– А ты уверена, что стоит тут оставаться? – спросил Тафф. – Ведь если нас увидят…
Он мог не продолжать: мрачные события того дня намертво запечатлелись в её памяти. А ведь всё начиналось так замечательно! Грейс Стоун была повержена, и жители деревни сошлись на собрание, чтобы официально провозгласить своим новым предводителем Уильяма Вестфолла, отца Кары и Таффа. Это должен был быть самый счастливый день в их жизни – но Грейс всё-таки оставила за собой последнее слово. Она истратила своё Последнее Заклинание на то, чтобы в их отца вселился дух Тимофа Клэна, самого беспощадного охотника на ведьм в истории. И он велел деревенским убить детей. Юным Вестфоллам удалось спастись лишь благодаря тому, что они бежали в Чащобу.
– А вдруг они по-прежнему тут, только попрятались? – спросил Тафф, обводя взглядом развалины деревни. – Вдруг они за нами следят? Мы и тогда-то чудом улизнули, а теперь…
– Не беспокойся, – сказала Кара. – Тут никого нет.
– А как же папа?
– И папы нет.
Тафф судорожно сглотнул.
– Они погибли, да? – спросил он.
Кара покачала головой.
– Просто ушли.
Таффа это, кажется, не убедило. Он смотрел на сровненную с землёй деревню и озабоченно хмурился.
– Надеюсь, с ними ничего не случилось, – сказал он.
