— Я читала, что иногда людям снятся сны перед смертью, тогда они понимают, что конец близок, — она задумчиво склонила голову и продолжила: — Но ты знаешь, что мне сны снятся постоянно, и все они что-то значат, пусть я и не сразу понимаю, что именно. Сегодня утром я проснулась и осознала, что этой ночью мне приснился тот самый сон, который извещает о смерти.
— С чего ты взяла, малышка? — сквозь зубы проговорила я, потому что, кажется, если я разожму сейчас челюсть, сил сдерживать слёзы не останется.
— Я просто знаю это, но не грусти, Лин, пожалуйста. Мне страшно, я вдруг поняла, что не хочу уходить, но, — она скривилась, и я увидела на её щеках слёзы, — Минни читал мне книгу вчера, где говорилось: «Жизнь скоротечна, а главное в этой жизни — смерть». Он отказывался мне читать её, но я настояла, так что не обвиняй его, если что, пожалуйста. Я просто хотела сказать тебе, что, пусть мне и страшно, я готова принять это, правда. Если я усну навсегда, боль прекратится, Звёздочка Лин. Я правда больше не хочу испытывать эту боль.
Грудь сдавило, и эти слова были моей последней каплей. Я очень старалась держать эмоции в себе, но это просто невозможно сделать после таких слов дорогого для тебя ребёнка, который даже шевелится и говорит, преодолевая боль.
Слёзы хлынули из глаз, и я резко положила голову на свои руки, сложенные на постели, глухо простонав и всхлипнув. Я сжала руку девочки сильнее, но так, чтобы не причинить ей ещё больше боли, а она тихо, без лишних слов, повернулась в мою сторону и положила свою голову на мою, легонько поглаживая мои волосы.
Не уверена, что моё сердце и душа будут болеть так сильно ещё когда-то в будущем, чем сейчас: в этой больнице, в этой палате, с этим ребёнком.
POV PARK JIMIN
— Как дела в университете, Минхи? — мой отец добродушно посмотрел на неё и спросил с тенью улыбки на лице, нарушая такую блаженную, хотя и напряжённую тишину за столом.
Ужин с семьёй никогда не бывает комфортным и весёлым, но для родителей является важным пунктом всегда собираться вместе во время приёма пищи вечером. Минхи считается тут вторым ребёнком, отец с матерью правда очень любят её, — ну, той любовью, которой умеют они — но я бы не сказал, что девушка захаживает сюда каждые выходные, поэтому меня немного озадачило её появление, ведь лично я не звал её.
— Как всегда, мистер Пак, я очень устаю, но с сессией покончено, теперь я могу вздохнуть с облегчением на время, — Хи мило улыбнулась (эта девчонка действительно чувствует себя комфортно с моими родителями даже больше, чем я сам). — А как Ваши дела? Мы ведь так давно не виделись!
Отец заулыбался, что бывает с ним крайне редко (почти никогда).
— Всё прекрасно, дорогая, не волнуйся. Чимин, — я вздрогнул, ощущая его взгляд на себе, и нехотя поднял голову, смотря на него в ответ, — ты сегодня весь сияешь, что послужило причиной?
— Что Вы, отец, я всегда такой, просто мы крайне редко видимся, вот Вы и не привыкли видеть меня таким, — мама предостерегающе посмотрела на меня, а я лишь мысленно отмахнулся от неё (я уже устал трястись от каждого отцовского слова и взгляда).
Если моя мама была холодной, как Снежная Королева, но хотя бы с толикой чувств ко мне, то про отца я такого сказать не могу. Он, конечно, не выкинул меня после рождения, воспитывал и терпел такого размазню, как он часто называл меня в детстве, но особой отцовской любви я не чувствовал, собственно, как-то жил без этого двадцать лет, проживу и дальше. Для меня главнее то, что я вырос не таким же расчётливыми и надменным, как мои близкие. Отец привык, что все всегда делают так, как хочет он, ведь на работе никто не стоит над ним, он сам себе хозяин в компании. И разумеется, у него такое же жёсткое воспитание, как и у меня: злые няни, требовательные и непреклонные родители. Мне-то повезло хотя бы с весёлым детством, никто не угнетал меня, после всех дел, если я делал в них успехи, меня отпускали гулять столько, на сколько у меня хватало сил. Папа груб и высокомерен, мать совсем не испытывает трепета и тепла к чему-либо, — ну, а вообще, я люблю их и считаю, что могло быть и хуже (расти вовсе без родителей, например).
— К чему это, сын, с каких это пор ты обращаешься ко мне формально? — отец недовольно сжал губы и окинул меня взглядом, который сейчас точно заставит меня превратиться в камень, как в древних мифах. — Впрочем, не отвечай, раз уж сегодня у тебя такое хорошее настроение, я его улучшу. Если ты помнишь, месяц назад мы говорили о твоей помолвке.
Я подавился соком, а Минхи перевернула солянку, за которой как раз тянулась в этот момент.
— О какой такой помолвке? — она испуганно посмотрела на всех нас по очереди, не веря своим ушам. — Пак Чимин, когда ты успел принять такое решение?
Мне пришлось сцепить руки в замок, чтобы не выдавать паники и казаться хотя бы немного уверенным — я правда надеялся, что больше отец не заговорит об этой ахинее, но зато теперь я хотя бы понял, что здесь делает Хи.
