— Да здесь я. Чего орешь, работать мешаешь?
— Да как-то непривычно, что тебя не слыхать не видать. А чем это ты занята?
— Да вот с ИскИном этого комплекса общаюсь. Я с ним доступной мне информацией делюсь, а он со мной доступной ему. Обмен опытом, так сказать.
— Так здесь и ИскИн есть! А почему он со мной пообщаться не хочет?
— Хочет, да не может. Ему запрещено с биологическими разумными контакт устанавливать и поддерживать. А тут я вся из себя такая и з себя, объявилась, вот он и отрывается за все те тысячи лет, что был вынужден в одиночестве провести.
— Так это все его шуточки, сделал из меня какую-то Шахерезаду, понимаешь!
— Не, это не он, это Инкубатор, просто у него не было ничего подходящего под твой фенотип, вот он и взял заготовку, наиболее близкую по-твоему генокоду. Ты уж извини, но твое родное тело в утиль пошло, только мозг и удалось спасти, да и тот не полностью. Да ты не расстраивайся, через пару месяцев все в норму придет, будешь почти как прежде, ну да, почти.
— Ира, солнце мое, ты хоть сама-то понимаешь, что говоришь? Какой-такой Инкубатор, какая еще на хрен заготовка, ты вообще о чем?!
— Я-то понимаю, а вот ты как всегда ничего слушать не хочешь! Хочешь все и сразу, да еще и чтобы ничего делать не пришлось.
— Все-все, молчу и весь во внимании. Давай рассказывай, что выяснила, Мата Хари.
— Да тут и рассказывать-то особо нечего. Когда-то очень давно эта планета была биологической лабораторией Древних. Только не тех Древних, каковыми считают джоре в Содружестве, а тех, которых считали Древними те самые джоре.
— А как тут оказались хадры?
