Полицейские вошли в дом. Осмотр не занял много времени, потому что жилище состояло всего из двух небольших комнат. Похоже, Меркальский проводил здесь много времени. Демин быстро обыскал письменный стол и книжный шкаф. Литература была в основном о мифах и древних сказаниях. Издания показались следователю очень качественными – похоже, Меркальский коллекционировал подобные книги. На полках стояла также литература, посвященная конному спорту, истории судостроения и моделизму.
На стенах висели фотографии известных кораблей – «Титаника», «Великобритании», «Великого Востока» и других. Стеллаж около венецианского окна заполняли модели парусников, теплоходов и пароходов. Все были аккуратно подписаны. Вообще в комнатах царил исключительный порядок.
Пока Рогожин и Морозов ползали по полу в поисках люка в подвал, Дремин включил компьютер, но он был на пароле. Борисов топтался на пороге.
– Что вы ищете? – спросил он наконец. – Если подвал, то вход здесь. – Он указал на стенной шкаф.
– Где?! – быстро обернулся Дремин.
– Да вот же! – Борисов сделал несколько шагов и нажал на что-то справа от шкафа. – Сашка обожает такие штуки. Сам сделал механизм, который…
Полицейские его уже не слушали. Как только шкаф отодвинулся, стала видна запертая дверь.
– От нее у меня ключей нет, – сказал Борисов.
– Ломайте! – приказал Дремин.
Морозов сбегал в гараж за фомкой, и через несколько минут дверь с треском распахнулась. В лицо пахнуло чем-то влажным и прелым.
Полицейские устремились по узкой лестнице вниз.
В подвале было очень светло и пахло удобрениями. Запах листвы, земли, навоза и земли бил в нос. Он не чувствовался в доме, потому что дверь была обита звукоизоляцией – это сразу бросилось Дремину в глаза.
Он спустился первым.
Корчакова была растянула над аккуратной прямоугольной грядкой, из которой росли сочные зеленые стебли бамбука. Их было ровно восемь. Запястья и лодыжки женщины были прикручены кожаными ремнями к двум металлическим рамам, надежно вкопанным в пол.
Вся сцена освещалась яркими лампами, поставленными с двух сторон возле стен. От них шел не только свет, но и тепло, которое, похоже, регулировалось при помощи специального пульта с кучей датчиков. Все это напоминало кадр из старого готического фильма ужасов. Не хватало только безумного профессора в белом халате, кожаном фартуке и огромных защитных очках.
– О, господи! – вырвалось у Морозова, вошедшего вслед за Дреминым.
То, что полицейские опоздали, было ясно сразу: восемь стеблей давно прошли сквозь Корчакову. Она была словно воздета на копья. Зеленые стебли блестели красными полосами, голое тело было в крови, которая мерно капала на пропитанную ею землю.
Лица женщины было не видно из-за свисавших волос. Убийца не успел изуродовать гениталии – это единственное, что отличало труп от предыдущих.
Дремин подошел и присел на корточки, чтобы заглянуть в лицо жертве. На какое-то мгновение ему пришло в голову, что это может оказаться вовсе не Корчакова.
– Ну что? – нетерпеливо спросил Рогожин.
– Это она, – сказал Дремин через несколько секунд. – Думаю, мертва уже давно. У нас не было шансов. Похоже, Меркальский принялся за дело, не откладывая, как только привез ее сюда. Надо вызвать Полтавина.
Полицейские поднялись в комнату.
– Ну, что там? – спросил Борисов.
– Мы опечатываем это помещение, – ответил Дремин. – Здесь место преступления. Скоро прибудет бригада криминалистов.
– Так что там?! – испуганно проговорил Борисов.
– Вам лучше не знать.
Выйдя на улицу, Дремин сделал несколько глубоких вдохов, чтобы провентилировать легкие. Его взгляд упал на землю перед домом, и он вдруг понял, почему его смущал пруд. На берегу едва виднелись следы автомобиля, и вели они прямо в воду! Так Меркальский спрятал концы после того, как привез Корчакову на ее собственной машине. Но почему она позволила ему сеть в джип?
Дремин достал телефон и набрал номер Полтавина. Криминалист ответил только через шесть гудков.
– Ну, что еще?! – спросил он, перекрикивая шум, доносившийся из динамика. – У меня выходной вообще-то!
– А у маньяков нет, – ответил Дремин. – Где ты находишься? Почему такой шум?
– Потому что люди радуются выигрышу, вот почему! Давай к делу, моя лошадь вот-вот придет первой!
– Ты на ипподроме?
– Естественно! Господи, давай! Давай!! – Последние призывы явно были обращены к скакуну, на которого поставил патологоанатом.
– Ты мне нужен. У нас новый труп, – сказал Дремин, но Полтавин, похоже, его не слушал.
У следователя ушло минут пять на то, чтобы привлечь внимание криминалиста и объяснить, что произошло. Еще пару минут Полтавин матерился, но поскольку его лошадь пришла-таки первой, наконец успокоился и обещал немедленно приехать.
– Только предупрежу ребят, чтобы прихватили мой комбез, – сказал он, прежде чем отключиться.
Закончив разговор с патологоанатомом, Дремин набрал Самсонова. Пришло время доложить обо всем.
