Она оглянулась по сторонам, быстро перешла через дорогу и, остановившись у ворот, решительно протолкнула письмо в узкую щель металлического ящика. Затем круто повернулась и пошла прочь от дома Кацаповых, ускоряя шаги. Надежда почти бежала от этого ненавистного ей и такого желанного окна с тонкими занавесками, на фоне которых виднелся дорогой для неё силуэт…
… Мишка сидел дома не потому, что ему не к кому было пойти. Просто так сложились обстоятельства, что все его заводские друзья в этот день работали в вечерню смену. Встречу с ними он запланировал в выходной день, пригласив к себе домой.
Первый день после приезда ушёл на бытовые хлопоты. Он соскучился по домашней работе и принимался за любое дело, которое, как ему казалось, требовало исполнения. Мать стала ворчать на него, требовала бросить эти никчёмные дела за ненадобностью и посвятить отпуск отдыху, однако Мишка посмеивался и был непреклонен.
Он работал в своё удовольствие. Поработав пару часов, сходил на почту, заказал телефонный разговор со старшей сестрой. Его долго не соединяли, а когда, наконец, связь появилась, он с нетерпением взял трубку и услышал знакомый голос Любы.
Общение продолжалось недолго, обменялись незначительными фразами, а основной разговор оставили «на потом», когда Люба приедет в гости к родителям. В ближайшие выходные такой встречи не предвиделось, а вот на следующей неделе сестра обещала взять пару отгулов перед выходными, и у них будет возможность общаться целых четыре дня.
Разговор со второй сестрой не получился – сказалась большая разница во времени между Приморьем и Уралом. Мишка постоял в раздумье некоторое время и решил перенести попытку дозвона на понедельник. Он был уверен на сто процентов, что Вера вместе с друзьями уже умчалась отдыхать на море. Она была незамужней и считала себя вольной птицей. Такой вывод можно было сделать исходя из писем сестры, которые изредка приходили от неё к нему на север.
После обеда Мишка отправился на реку. Прошёл по берегу вверх по течению, нашёл подходящее место для купания и провалялся на песке до самого вечера.
Пока он нежился на песке, мать с отцом накрутили фарша и настряпали пельменей. Они умели их готовить. Начинка получалась сочной и до того вкусной, что появлялся неудержимый соблазн есть их в неограниченном количестве.
Отец опять поставил на стол водку, они под пельмени опрокинули с ним по три стопки и на этом остановились.
– Хватит, – сказал он отцу, который поднял бутылку, чтобы в очередной раз наполнить стопки. – Питейный день завтра.
– И то верно, – согласился тот, отставляя «Столичную».
После ужина Мишка достал с повети доски, щиты, брусья, и принялся сооружать в палисаднике настил вместо стола и лавки для гостей. Самые близкие друзья могли появиться в его доме уже с утра.
Когда чуть стемнело, Мишка ушёл в избу, взял книгу и принялся читать. Родители улеглись спать…
… Ушедший день, будто подарок от ангела-хранителя, был жарким. Вечером стало прохладнее, слегка ощутимый ветерок проникал через открытую форточку и приносил в комнату приятную свежесть.
За окном стояла абсолютная тишина, как вдруг до его слуха донёсся приглушённый звук упавшей крышки на почтовом ящике. Этот звук Мишка не мог спутать ни с каким другим. До службы он всегда по нему ориентировался о доставке почты почтальоном. Сейчас это действо выглядело довольно странным.
Мишка отложил книгу и отдёрнул занавеску. В свете фонаря мелькнула чья-то тень и быстро исчезла.
«Что за чёрт? – удивился Мишка, продолжая вглядываться в серое пространство за фонарным кругом. – Кому понадобилось носить газеты по ночам? Стоп! А вдруг это срочная телеграмма, которая затерялась по недосмотру в сумке почтальонши, и сейчас, чтобы скрыть свою оплошность, та втихаря сбросила её в ящик? Глупости, конечно, но проверить можно. Крышка брякнула и мне это не показалось».
Стараясь ступать бесшумно, чтобы не потревожить родителей, Мишка вышел во двор и направился к воротам. Просунув руку в почтовый ящик, он обнаружил письмо.
«Вот те на!» – удивился Мишка. Повернув его к свету от фонаря, прочитал в строчке адресата свои фамилию, имя и отчество.
Вверху на конверте красовалась крупными печатными буквами надпись: «Лично в руки!»
«Довольно любопытно, – мелькнула мысль. – От кого такое послание в столь позднее время?»
Мишка вышел за ворота, где было светлее, извлёк письмо из конверта и принялся читать.
С первых строчек он догадался, чьё это творение. С такой нелепой наивностью могла написать только одна девушка. Мишка перевернул страницу. Точно! Внизу значилось: «Твоя Н.»
«Аристархова, «дитятко», – на лице Мишки расплылась улыбка. – Наивная ты моя девочка!»
Ему подумалось, что Надя ещё не зашла в дом и затаилась где-нибудь во дворе, переводя дыхание, как нашкодивший подросток. Он огляделся по сторонам, будто опасался – не подсматривает ли кто за ним, а затем скорым шагом решительно направился к дому Аристарховых.
