Я протянула ему испорченную одежду и присела на кровать. Лицо конунга вмиг стало злобным, он кинул тряпки на пол и промчался к двери.
— Где эта девчонка? — прошипел он со злости своему охраннику.
— Прости, господин, я нигде не могу найти ее.
— Позови другую, идиот!
Конунг хлопнул дверьми и посмотрел на меня с жалостью.
Я сидела, ничего не понимая.
— Кто это сделал, зачем…
Ингвальд опустился предо мной, взяв мое лицо в ладони.
— Не реви, я найду, кто это сделал!
— Мне теперь нечего надеть…
Ингвальд поцеловал меня, успокаивая.
— Что, и во дворце тоже нет?
— Есть… Но мы же далеко от дворца, Ингвальд!
— Перестань реветь, мы что-нибудь придумаем, — конунг встал и начал поспешно одеваться.
В комнату громко постучали, и охранник впустил внутрь Эмму. Ингвальд взял со стола ножны с мечом, окинул меня взглядом и вышел.
— Доброе утро, мои дорогие… — подруга удивленно посмотрела на конунга, а потом на меня. — О боги, что такое?
Я не смогла сказать ни слова, просто сидела и плакала, не могла остановиться, такие эмоции вызвало у меня случившееся. Эмма увидела кучу тряпок на полу и ужаснулась. Она подняла с пола сарафан и осмотрела его.
— Кто-то порезал и порвал всю мою одежду.
— Но кто, вы же с Ингвальдом с вечера тут? — задумалась Эмма и присела рядом.
— Я не знаю…
— Нужно спросить ту служанку, Асту, что убирается в этих покоях, — Эмма крепко обняла меня.
— У тебя есть с собой запасные вещи? — я положила тяжелую голову на плечо подруги.
— Конечно! Давай сходи в баню, я принесу тебе все туда, пойдем, — Эмма потянула меня за руку.
Я встала, она накинула на меня длинный плащ и вывела из дворца через задний ход. Ингвальда в бане уже не было. Оставив меня с рабыней, Эмма пошла за одеждой. Я залезла в бочку с теплой водой и помылась.
Вскоре вернулась Эмма и принесла мне одежду.
— Кэролайн, хватит, пора завтракать. Ингвальд ждет тебя, и он не в самом лучшем настроении.
Эмма и рабыня одели меня и привели мою внешность в порядок. С плохим настроением я вошла в зал дворца, окинув взглядом всех присутствующих. Почти все знатные мужья из далеких мест уже покинули угодья конунга.
Я подошла к столу и присела на свое теперь уже законное место, резное кресло во главе стола, рядом с Ингвальдом. Раньше я могла тут сидеть, лишь если господин дворца того желал.
— Служанка нашлась? Она единственная может знать, кто еще входил в наши покои, — я взяла с подноса глубокую резную чашу со свежей кашей и сухими ягодами.
— Нет, она пропала вместе с твоим подарком, диким скакуном, — Ингвальд, как обычно, завтракал отваренными яйцами, жареной ветчиной и теплыми лепешками.
— Думаешь, это она та самая, что служила Кристин? — я налила нам из кувшина теплого свежего молока.
— Да, кроме нее, никто не посмел бы, — с грустью ответил Ингвальд и тяжело вздохнул.
— Я хочу, чтобы ты нашел эту Асту и наказал ее! — заявила громко я, чтобы все за столом услышали. Люди должны знать, что я теперь жена конунга и никто не смеет мне вредить и угрожать.
— Конечно! Я уже отправил людей на ее поиски.
— Мой отец тебе не говорил, он сегодня уезжает или на днях? — я посмотрела в сторону отца, он выглядел устало, видимо, всю ночь отмечал сватовство.
— Спроси его сама.
Когда мы позавтракали, конунг встал, осмотрел всех и громко сказал:
— Мы возвращаемся во дворец, сегодня нас ждет обряд на источнике!
— Собираться? — спросила Эмма.
— Да! — кивнул он ей и покинул стол со своими дружинниками.
Я не стала оставаться и как можно быстрее собралась в дорогу. Пустой сундук остался тут, а попорченную одежду я попросила выкинуть или сжечь. Как хорошо, что у этой служанки не было ключей от моих личных сундуков и она не добралась до них.
Мы поехали верхом на лошадях, погода располагала к неторопливой прогулке. Было прохладно, но сухо. Со мной рядом ехали отец и Ингвальд. Конунг был зол. Он смотрел вперед на дорогу.
— Дочь, все хорошо?
— Да, — я посмотрела на отца и улыбнулась. — Ты останешься до ритуала у источника?
— Разумеется! — кивнул отец, и я увидела на его руке браслет-змейку династии Драгоценных, теперь мы были большой крепкой семьей.
Прибыв во дворец, я почувствовала себя намного легче. Войдя внутрь, конунг собрал в зале всю прислугу.
— Принимайте вашу госпожу Кэролайн! — он поднял мою руку и поцеловал ее.
— Мы очень рады новой госпоже, — сказала Фрида и хотела меня обнять, потом передумала и заплакала.
— Я тоже счастлива, что вы меня принимаете, — обвела я взглядом собравшихся женщин, прислугу и рабынь.
— Кто-нибудь из вас сегодня видел служанку по имени Аста? — продолжил Ингвальд.
— Нет, господин, она уехала вместе с вами, и с тех пор ее не видели, — отчиталась Фрида.
— Когда явится, немедленно сообщить мне или Лодину, — распорядился конунг, и они с отцом развернулись и пошли из дворца по каким-то делам.
— Что такое, госпожа, на тебе лица нет? — смотрительница подошла ко мне и крепко взяла за руки.
— Ох, Фрида, кто-то испортил всю мою одежду, порвал и порезал целый сундук моих дорогих нарядов, — я сдержалась перед служанками, чтобы не выругаться.
— О боги, кто посмел такое натворить?