Незаконнорожденная полностью

– Последняя дверь в самом конце, направо.

Рейчел прошла по коридору до последней двери, постучалась и, поскольку та была открытой, вошла. Комната оказалась разделенной на две, и через дверной проем, ведущий в левую половину, Рейчел увидела рыжеволосую девушку, стоящую на коленях и засовывающую бутылку эля в джутовый мешок. Услышав шаги Рейчел, девушка вскочила, быстрым толчком ноги засунула мешок под кровать и повернулась к вошедшей. Щеки у нее раскраснелись, глаза метали молнии. Рейчел быстро отступила назад и забыла, что собиралась сказать.

– Эта моя комната, – выпалила девушка.

– Я знаю и… прошу прощения. – Рейчел смущенно сплела пальцы рук и с некоторым запозданием вспомнила, кто из них двоих старше по возрасту и положению. Тогда она распрямила спину и увидела, что Пташка ниже ее на несколько дюймов. – Мне нужно задать тебе несколько вопросов. Это не займет много времени. Я понимаю, что… здесь у всех полно работы.

Рейчел опустила глаза и посмотрела туда, где из-под кровати предательски выглядывал угол мешка. Пташка метнула в гостью сердитый взгляд, но в ее глазах промелькнул страх. Со лба у нее свисала выбившаяся прядка волос, которая шевелилась в такт дыханию.

– О чем вы хотели спросить, мадам? – угодливым тоном произнесла девушка.

– О мистере Аллейне. Насколько я поняла, ты знаешь его лучше других слуг. И о мисс Элис Беквит.

– Элис? – переспросила Пташка. Глаза ее расширились, и гнев почти улетучился. – Вы знаете об Элис?

– Очень немного. Только то, что она дурно обошлась с мистером Аллейном и отчасти виновата в его болезни. А еще, что я… на нее похожа. Во всяком случае, у меня создалось подобное впечатление.

– Элис никогда не обращалась с ним плохо! Она никому не сделала ничего плохого за всю свою жизнь!

– А ты знала ее хорошо?

– Я… она меня растила. И обходилась со мной как с сестрой.

– Сестрой?

– Да, сестрой! Отчасти. Ну, может быть, порою как со служанкой… но лишь иногда. Я знала ее с той поры, когда была совсем маленькой.

– И… я действительно очень на нее похожа? – спросила Рейчел почти застенчиво. Похожа на девушку, которую этот человек любил так сильно, что ее потеря сводит его с ума. Пташка уставилась на нее, и в ее взгляде было нечто такое, чего Рейчел не могла понять.

– Так и есть, миссис Уикс. С первого взгляда. Конечно, вы старше, чем она была в тот год, когда исчезла. И… выражение лица у вас другое. И голос. Это мимолетное сходство, не более.

– Именно так мне и сказал мистер Аллейн, – пробормотала Рейчел.

При этих словах Пташка моргнула, и на ее лице отразилось недоверие.

– Он с вами говорил о ней? Об Элис?

– Совсем мало. Возможно, со временем мы сможем поговорить о ней побольше.

– Значит… вы собираетесь прийти снова?

– Да. – Рейчел расправила плечи и постаралась, чтобы ее голос звучал решительно.

– И… он вас не пугает?

– А почему он должен кого-то пугать? – спросила Рейчел и сразу же поняла, насколько глуп ее вопрос, потому что всего неделю назад она не была задушенной именно благодаря Пташке. – Во всяком случае, насколько мне известно, тебя он не пугает.

И она вспомнила, как Пташка била Джонатана по голове каминной щеткой. Интересно, как может служанка вести себя подобным образом и при этом ее не увольняют?

– Я действительно знаю его уже давно, – сказала Пташка без всякого выражения.

– Какая она была, Элис Беквит?

Последовала долгая пауза, и хотя глаза Пташки были устремлены на Рейчел, могло почудиться, что они смотрят сквозь нее, на тени за ее спиной, мерцающие на стене. На какой-то миг Рейчел показалось, что девушка не собирается отвечать, но затем та сделала быстрый вдох и произнесла: