- Думаешь, меня это сильно волнует? Если найдется кто - на здоровье. Только у меня проблемы с Катей могут возникнуть. Как мне сказал адвокат - могут девочку забрать, если мои финансы запоют романсы.
Татьяна, подперев щеку кулаком, прищурила глаза:
- Вот скажи, Дашка, где справедливость: родит своего библиотекарша - нормально, расти его, как знаешь. А решила взять приемного - от ворот поворот, понимаешь. Тут им особые условия подавай! А ребенку условия хоть и нужны, кто ж тут спорить будет, но жизнь с мамой на детдом ни один нормальный ребенок не променяет.
- То-то и оно...
- Ладно. Как-то все образуется. Свыкнешься.
- С чем?
- С богатством! С бедностью свыклась, а уж с богатством и подавно.
Девушки глянули друг на друга и рассмеялись.
- Ладно, Дашка, - спохватилась Кашина, - ты жди тут своего юриста, а мне надо ехать, - она допила свой кофе и вернула чашку на блюдечко. - Павлик с работы придет, ужина нет, одни поцелуйчики. Он и так у меня щупленький.
Даша вытащила из багажника пакеты, отдала их Тане.
- Даш, не забывай своих сородичей.
- Кашина, не язви, а? Между прочим, я не увольнялась, а всего лишь в отпуск ушла. Так что увидимся, не горюй.
- Ладно, ловлю на слове. А то и вправду уволиться задумаешь. На работе и поговорить будет не с кем. Пока!
Даша смотрела вслед удаляющейся приятельнице и думала о том, что вот это "поговорить не с кем" сейчас про нее. У Кашиной хотя бы Павлик имелся и вся его родня, а у нее никого - хоть вой! Какой-то там новый круг формировать, как говорит Радневская, это дело сложное, никогда она не занималась такими вещами, проще кирпичами на стройке ворочать.
К остановке подошел автобус. Кашина поднялась по ступенькам в салон, а вслед за ней вошла женщина так похожая на Надежду, что Даша невольно вздрогнула. Двери закрылись, автобус тронулся. Дашу будто кипятком обдало. Почудится же такое! Она села на водительское сиденье и какое-то время не могла тронуться с места, посмотрела на руки - было заметно, как пальцы тихонько подрагивали. Случай в бассейне был для нее как кошмарный сон, который ни на минуту не выходил из головы. И еще неизвестно, когда она сможет если не забыть, то хотя бы как-то научиться с этим жить. Теперь, наверное, любая схожесть посторонней женщины с Надеждой будет вызывать у нее приступ панического ужаса. Даша зажмурилась, потом шумно выдохнула, открыла глаза и тронула машину.
Она сидела, затаившись, как кошка, в комнате на диване и рассматривала - в который раз - фото Романа. Альва устроилась рядом и делала вид, что спит, изредка шевеля одним ухом.
Куда исчезают души людей после смерти? Не может так быть, думала она, чтобы человек ходил, дышал, любил и ненавидел, а потом вдруг ничего этого не стало. Как можно убить чувства, мысли... Даша вытащила все из сейфа и пошарила рукой по днищу, но ничего, кроме нескольких белых ворсинок, непонятно как попавших туда, она в железном ящике не обнаружила. Фото, нитки, иголка, ножницы... весьма странный натюрморт для сейфа. Понятно, что Граховский разозлился. Очевидно, он предполагал, что Роман дома хранит важные документы. Какие? Для кого важные? Для нее - вряд ли. Завещание написано, причем по всем правилам - у государственного нотариуса. Однако логично, что дома люди такого уровня обязательно что-то хранят в сейфах. Даже она, Даша, нашла бы кучу всяких бумажек, которые лучше держать под замком.
Аккуратно вернув все на место, она невольно усмехнулась: так в ее детстве девочки делали "секретики", в которых не было ничего секретного, так, всякая дребедень в виде открыточек, бантиков, записок, но это все следовало перебирать и пересматривать время от времени. Получается, что теперь у нее тоже появился свой, очень небольшой и очень странный "секретик". Да-а... - мысленно сказала она, - так можно сума сойти.
Даша вышла из кабинета. Вслед за ней тут же подхватилась Альва, тихонько буркнув что-то себе под нос.
- Не ворчи, - обернулась она к собаке. - Сейчас срочно займемся уборкой. Надо шевелиться, нельзя раскисать! Понимаешь?
Ньюфа гавкнула и побежала вниз по лестнице, убедив свою теперешнюю хозяйку в полной своей вменяемости.
В кармане завибрировал телефон. Звонил Граховский.
- Да! - взволнованно ответила она. - Ты где?
- Здравствуй, Даша. Я все там же. Как твои дела? Какой-то голос у тебя тревожный.
- Нет-нет! У нас здесь все в порядке. Никаких новостей.
- Это хорошо. Я волнуюсь за вас, Даша. Будь осторожна.
- Как-то странно ты это говоришь, не пугай меня, - у нее вдруг появился противный комок в горле.
- Не придумывай себе никакие странности. Просто я очень далеко и мне, естественно, не совсем уютно. Псина с тобой?
- Со мной, конечно. Ходит по пятам.
- Это хорошо, - рассмеялся адвокат.
Даше стало немного легче от его смеха, она поняла, что привыкла за эти дни быть под контролем Граховского. Здесь он ее раздражал, а уехал, и стало понятно, что стало намного хуже.
- Ты встречался с родственником Романа?
- Нет, Даша. Никаких родственников здесь не было и встречи никакой не намечалось.
