Незаряженное ружьё полностью

Дядя Вася. Ну, подожди, Егорыч, ты у меня ещё поплачешь, а звери от меня в тайге хором взвоют. (Смеётся.) Пиф-паф!.. И ой-ой-ой! (Саше.) А того, кто Юриного дядю убил, ищут?

Саша. Ещё как ищут!..

Дядя Вася. Ишь ты, сколько месяцев прошло, а они всё ищут… Дела… Прежний следователь постановил: погиб лесник при загадочных обстоятельствах… Матеворитом его прибило. Безбожник был, партейный, вот его бог и покарал матеворитом с неба.

Саша. Раньше только милиция нашего города искала, а теперь и милиция Москвы, и Нинка втайне от взрослых целый отряд из себя и из Юрки сформировала по розыску убийцы.

Дядя Вася. И Нинка, говоришь?.. Ишь ты какая шустрая! А кого подозревают-то, кроме матеворита?..

Саша. У одного, которого подозревали, отсутствие на месте убийства, а другой, которого тоже подозревали, умер, а третий на Сахалин уехал. Так что не знают, кто убил.

Дядя Вася. А Нинка комиссию, говоришь, организовала?.. И чего же эта комиссия выведала?

Саша. Не знаю. Нинка меня в это не посвящает… А я Кольке сказал, может, это инопланетяне Юркиного дядю убили…

Дядя Вася (перебивает). Комиссию, вишь, организовала… Кина надо меньше смотреть и детективов меньше читать, вот и глупости в голову лезть не будут. Все следователями стали. И в цирке на голове стоять ни к чему… А насчёт убийства, ты, Сашка, говори всем, что матеворит его убил, а если не матеворит, значит, человек убил, а какой человек?.. А тот, который умер… Кто умер, тот и убил. Убил, а потом испугался и умер. А подозревать меня тоже подозревали, только у меня тоже отсутствие на месте… Я в тот вечер бражничал как раз в Нинкином дворе, у них под окнами как раз, а ночевал в вытрезвителе. Вот у меня и справка. (Достаёт из кармана бумажку и показывает её Саше.)

Саша. Точно… ночевали…

Дядя Вася. Ты, Сашуня, что я тебе про убийство говорю, ты всем слово в слово пересказывай… И про матеворит, что своими глазами видел, и про тарелку летающую, что в тот же день тоже своими глазами видел, только говори, что не тарелка это была, а нимб святой — нимб, значит, а на нём ангелы со стрелами и что бросали они эти стрелы во все что есть стороны, в грешников, ну, одна, значит, и в Юриного дядю попала…

Саша. Хорошо, дядя Вася, я всем буду говорить.

Дядя Вася. Вот так… Ну, а термометры и книги продал на рынке?

Саша. Продал… (Достаёт из кармана деньги и передаёт их дяде Васе.) Пять термометров по два рубля — десять рублей, и пять книг по рублю — пять рублей.

Дядя Вася. А почему книги по рублю? Я же тебе велел по полтора продавать?

Саша. По полтора?.. Книга-то тридцать копеек стоит?! Кто же её за полтора купит? По рублю и то еле брали.

Дядя Вася. Ну ладно. Держи рублёвку. (Протягивает Саше деньги.)

Саша. Ещё рублик добавьте. Я ведь в милицию мог попасть.

Дядя Вася. А ты не попадай!.. Ну ладно, вот тебе ещё полтину… (Отдаёт Саше полтинник. Затем достаёт из рюкзака ещё пять книг и с десяток больших термометров для аквариумов.) Книги продашь по полтора. Редкая книга: «Разведение декоративных рыб». Термометры по два рубля.

Саша (прячет книги и термометры в школьный ранец). Ладно.

Дядя Вася. А корма для птиц твой отец достал?

Саша. Обещал достать.

Дядя Вася (разглядывает афишу). А-а-а… Гошка! Старый молодой знакомый.

Саша. А вы разве его знаете, дядя Вася!

Дядя Вася. У меня с этим медвежонком свои счёты. Мне его отец пять рёбер переломал, и я в тюрьму из-за него угодил. Я ему вместо живого уголка такой мёртвый уголок устрою! Пусть только в лесу очутится. (Смотрит на афишу.) И из медведей артистов сделали! Тьфу, срамота какая! Из них, из этих медведей, надо котлеты делать, а не артистов. Шкуры с них надо драть, а они цветы им подносят. Верно, Сашок?

Саша. Шкуры с них надо драть и котлеты из них делать! Ох, я люблю котлеты из медвежатины!..

Дядя Вася. Ну ничего, Сашок, мы ещё поедим медвежатинки! И этого Егорыча обведём вокруг пальца. Мы в своём деле тоже не промахи. Вот как только уйдёт этот Гошка-артист на отдых, так мы его в лесу как подкараулим да как влепим ему пулю в лоб! Да как поджарим! Да как поедим от пуза! Они бы вместо того, чтобы из медведей артистов делать, вывели бы такого медведя, чтобы у него вместо одной шкуры семь шкур росло. Чтоб я бы одного медведя убил и семь шкур с него содрал…

Саша. Семь шкур, как же! Жди, выведут! Они теперь и одной-то шкуры не дадут содрать! Всякая охота запрещена! Стрелять ни из чего, ни в кого нельзя! И вообще, говорят, что наши леса скоро заповедником объявят.

Дядя Вася. Пока сделают заповедником, мы с тобой своё возьмём.