– Я… – Сергей пощелкал пальцами, подзывая девушку в униформе, проходившую мимо купе. – Я предпочитаю не играть в эти игры. Мне уже лет двадцать как не нужно, чтобы у меня был Настоящий Друг и Истинная Любовь. В моем возрасте куда важнее ортопедический матрас и выдержанный вискарь. Кстати, девушка, какие закуски у вас есть? – обратился он к проводнице, не меняя интонации.
Но она среагировала мгновенно – улыбнулась профессиональной улыбкой и принялась перечислять:
– У нас есть соления, маринованные грибы, селедочка, заливное из языка…
– Эх, это все хорошо под водочку! – цокнул языком Сергей. – Но у нас, понимаете ли, вискарь. Есть у вас под хороший вискарь чего?
Девушка заколебалась и неуверенно предложила:
– Пельмени?
Сергей только что глаза не закатил.
– Тащите все, что у вас есть с мясом.
– Вообще все? – глаза девушки расширились.
– Ты недавно, что ли, работаешь? Да, все. Все меню. С мясом.
Девушка слегка неуверенно кивнула и поспешно вышла, почти сбежала.
Почему-то я была уверена, что ничего она не принесет.
Или, в лучшем случае, пришлет кого-то из старших товарищей.
Сергей вздохнул и выудил откуда-то из-под стола солидных размеров бутылку виски.
Я не слишком разбиралась в таких напитках, но надпись «18» на горлышке подсказала мне, что это именно тот самый выдержанный виски, что был ему нужен от жизни вместе с ортопедическим матрасом. Стоил он, небось, в пять раз дороже билетов в это купе.
– Помню… – ностальгически вздохнул Сергей, выковыривая пробку. – Когда-то в юности мы регулярно в Питер на «собаках» катались. Это на электричках, стало быть, – пояснил он мне. – Типа пересаживаешься с электрички на электричку и так до самого Питера. Бесплатно или за копеечный штраф. Когда бабла нет даже на плацкарт, лучший вариант! Можно было поймать «волну» и доехать часов за двенадцать. Зай, будешь вискарь?
Он толкнул в бок Женьку. Та сидела притихшая, счастливая, только время от времени посматривала то на него, то на меня.
– Давай, – согласилась она.
Приняла свой бокал с янтарной жидкостью внутри и отпила глоток.
– А мы автостопом с однокурсницами как-то ехали, – решила внести она свою долю в разговор.
– Ну и дуры! – припечатал Сергей. – Обошлось хоть? Девок на трассе пачками насилуют.
– Мы же по двое, по трое ездили! – надулась Женька. – Это безопасно!
– Это если водила один – безопасно. А если он вас в свою шашлычную любимую завезет, там их будет двадцать человек. Пустят по кругу – и адьос девичья честь…
Женька нахмурилась, но спорить с ним не стала.
– Я сейчас я могу до того Питера хоть вертолетом! – внезапно сменил Сергей тему. – Но не то! Понимаешь? Не то. В дороге все иначе. Споры, откровения, перестук колес… Даже пьется как-то приятнее, согласись? Только никаких традиций уже не осталось. Бабки-то раньше на станциях пирожки продавали, а сейчас этот «Сапсан» – вжжжжжух мимо них – и им никакой прибыли, и мы без пирогов, с одними пельменями. Давай, Варь, за твоего муженька, в которого ты все же умудрилась втюриться!
Он подтолкнул ко мне бокал с виски.
– Жень! – с упреком посмотрела я на подругу.
Та встретила мой взгляд невинным своим, мол, ачотакова?
– Да не стесняйся, все свои! – «утешил» меня Сергей. – Я, слава богу, с Кирюхой знаком не первый год, чего от меня прятаться. Да и с заей у нас никаких секретов друг от друга нет. Да ты пей, кстати, пей, чего стесняешься?
Он поднял бокал и настойчиво вложил его в мою руку. Отказы, стало быть, не принимаются.
А я и так с двумя рюмками «Егермейстера» думала, что слишком уж тороплюсь в Питере пить. Еще не доехали, а уже набралась куда больше, чем собиралась.
Собиралась, кстати, почти не пить. Только болтать с Женькой и, наверное, немножко плакать под легонькие девичьи коктейли.
Однако под тяжелым взглядом Сергея попробовала глоток из бокала. Буквально губы смочила, но увидела, как он начал хмуриться.
– Я закусок подожду, – нашла, чем отмазаться. – Не могу вот так, чистым.
– И то дело… – сказал он, одним махом опрокидывая свой бокал. – Ну что, давай, расскажи, как твоя замужняя жизнь протекает? Зае тоже очень интересно.
Он шевельнул плечом, и Женька улыбнулась, кивая мне.
Рядом с ним она была непривычно молчаливой. Он был шумным, по-хозяйски уверенным, словно весь этот поезд ему принадлежит. Услышав про ностальгию по электричкам, я простила ему даже спортивный костюм «Боско», в котором он и восседал на диване, слегка развалившись с вальяжным видом. Ну хочет человек вернуться в далекое прошлое. Интересно, он успел поносить пресловутый малиновый пиджак с цепью толщиной в палец? На вид ему было сорок с небольшим, а там – кто знает?
– Ничего протекает. Ничего особенного, – принялась мямлить я.
– Так чего ж ничего, если он тебя не любит, а ты его да? Да ты не моргай, не моргай, – махнул рукой Сергей. – Это ж Кир, он всегда такой, ничего нового.
Интересно, меня должно было успокоить, что я не единственная, кого Кирилл не любит? Или наоборот?
