Нездешние полностью

Кроме того, о расположении пластин. Реконструкция инцидента действительно указывает, что пластины развернулись к находившейся в камере д-ру Альварес, но я не придаю этому никакого значения. Этот факт не вызывает у меня ни подозрений, ни озабоченности. До сих пор расположение пластин не оказывало никакого влияния на успех опытов по созданию устойчивых ссадин.

Что больше всего заботит меня – и вас тоже должно волновать, это

____________________

____________________

____________________

____________________

____________________

____________________

Однако всему этому нет удовлетворительных доказательств.

Д-р Альварес остается ученым исключительных способностей – возможно, наиболее одаренным из известных мне людей, исключая меня самого, – а она во время пребывания в камере ничего необычного не заметила. Из-за устройства линз она не слышала и звука вращения. И ничего не замечала за все время, когда, судя по записанным данным, было достигнуто устойчивое слияние.

Опасения, что она подверглась

просто смешны. И я не нахожу оснований полагать, что она причастна к переменам в линзах.

Откровенно говоря, такое поведение линз, на мой взгляд, могло быть вызвано только управлением извне. Не знаю, имели ли д-р Бинтли или мистер Хелм возможность наладить такое управление. Однако последовательность событий – всплеск питания, разворот, выход данных – случайным не выглядит. Кто-то каким-то образом управлял линзами.

Поэтому я прошу ваших сотрудников безопасности заняться расследованием и опросом сотрудников. С нетерпением жду результата.

____________________

____________________

____________________

МАЙКЛ ДЕРН (откашливается): Это интервью – первое в ходе опроса сотрудников относительно исчезновения Лауры Альварес. Важно, гм, отметить, что на данный момент оно… официально не санкционировано. Мы еще ожидаем инструкций. Пока нам сказано сидеть смирно, но я предположил, что нам… ну, следует что-то делать, приготовиться заранее, чтобы никому не пришло в голову, что мы подготовили заявление.

ЭРИК БИНТЛИ: А откуда им знать, что это – не подготовленное заявление?

МАЙКЛ ДЕРН: Думаю, они должны понять, что у нас не было времени подготовиться.

ЭРИК БИНТЛИ: Откуда им знать? Они не из понимающих, если я не ошибаюсь. Мы что, просто дадим честное слово, что это записано сразу после ее ухода?

МАЙКЛ ДЕРН: Вам известно, что идет запись?

ЭРИК БИНТЛИ: Да-да. Но откуда им знать, когда она сбежала?

МАЙКЛ ДЕРН: Эрик, я буду с вами откровенен… вы не представляете, сколько у них способов получать информацию.

ЭРИК БИНТЛИ: Например?

Молчание.

ЭРИК БИНТЛИ: Камеры? Микрофоны?

Молчание.

ЭРИК БИНТЛИ: Господи боже.

МАЙКЛ ДЕРН: Давайте начнем с начала. С вашего возвращения после…

ЭРИК БИНТЛИ: Отпуска?

МАЙКЛ ДЕРН: Конечно. Назовем это так.

ЭРИК БИНТЛИ: Ну… прошло не так много времени, но… заметно было, как многое переменилось. Мы сильно продвинулись. То есть они. Меня при этом не было. Им удалось воссоздать несколько устойчивых ссадин…

МАЙКЛ ДЕРН: Нет, Эрик, их будет интересовать Лаура. Рассказывайте только о ней. Только о Лауре.

ЭРИК БИНТЛИ: Хорошо, хорошо. Дайте подумать. Ну… ее… поведение за время моего отсутствия заметно переменилось. А меня не было всего пару недель. Но я видел… что-то не так. Похоже, что-то случилось. Она… (Пауза.) Можно вас спросить, Майк?

МАЙКЛ ДЕРН: Меня? Конечно, спрашивайте.

ЭРИК БИНТЛИ: Вы сочли меня сумасшедшим?

МАЙКЛ ДЕРН: Извините?

ЭРИК БИНТЛИ: Когда меня отослали. Вы решили, что у меня… нервный срыв? Потому что это было не сумасшествие. Я сам сперва сомневался, но теперь уверен.

МАЙКЛ ДЕРН: На самом деле вы не о том хотели спросить.

ЭРИК БИНТЛИ: Да, но, видите ли, об этом тоже. Вы списываете исчезновение Лауры на отклонения. Думаете, это аберрации поведения. А я в этом не уверен. Причина могла быть в другом.

МАЙКЛ ДЕРН: По-вашему, разумный поступок: без всякой подготовки прыгнуть в машину и рвануть в пустыню?

ЭРИК БИНТЛИ: Я не говорю, что это разумно. Я о том, что могли играть роль и другие факторы. Послушайте, Майк, я сознаю, что формально я самый ненадежный свидетель. Я, в сущности, неприкасаемый. Я понимаю, что остался здесь только потому, что нравлюсь Дику. Но это… не значит, что я ошибаюсь.

МАЙКЛ ДЕРН: В чем ошибаетесь?

ЭРИК БИНТЛИ: Относительно линз. Их действия.

МАЙКЛ ДЕРН: Мне известно, как действуют линзы.

ЭРИК БИНТЛИ: Вам известно, что они действуют согласно отчетам. Но это не все.

МАЙКЛ ДЕРН: Бога ради, вы напоминаете мне Стивена.

ЭРИК БИНТЛИ: Может, нам следовало прислушаться к Стивену. В смысле у него проблемы возникли задолго до того, как все это началось. До моего… отсутствия. До Лауры.

МАЙКЛ ДЕРН: Хорошо. Прекрасно. Продолжайте о Лауре. Что в ней изменилось?