— Как украшают его знаки боевой доблести! — не унималась Норда. — Эти глаза, обведённые тенью, этот большой мужественный нос…
— Перестань, Норда! — Кива обошла вокруг стола и взяла Эмрина за руку. — Что до меня, я тобой горжусь.
— Чем тут гордиться? — сказала Норда. — Тем, что он стукнулся носом о кулак Ю-ю?
— Да замолчи ты! — огрызнулась Кива. — Он сегодня весь день охранял Ю-ю и даже помог ему дойти до кухни. Не всякий мужчина способен поступиться своим гневом ради долга.
— Это верно, он хороший парень, — сказал Ю-ю. — Я его полюбил. Его все любят. Можно мы поедим?
— Да ты весь дрожишь! — воскликнула Норда. — Не надо тебе было вставать, дурачок.
Из дальней двери несло холодом. Кива подбежала, закрыла её и опустила щеколду, а Норда принесла одеяло и закутала в него Ю-ю.
— Вот не знал, что тут так холодно, — сказал Эмрин.
Обе женщины, продолжая хлопотать вокруг раненого, нарезали ему хлеба с мясом и налили персикового сока.
За второй дверью послышались какие-то звуки, и Эмрин устремился к ней, но она уже открылась. Вошёл Омри в сопровождении двух солдат и юноши. Эконом кивнул Эмрину и попросил Киву приготовить что-нибудь для Ниаллада и его телохранителей.
Герцогский сын остановился возле спящего ребёнка и усмехнулся.
— Это морской воздух так его утомил.
Кива нарезала дюжину толстых ломтей ветчины и разложила по трём тарелкам. Вновь прибывшие, усевшись за стол, принялись за еду. Молодой человек поблагодарил за услугу, солдаты жевали молча. Тот, что повыше, бородач с глубоко посаженными карими глазами, взглянул на лежащий на столе меч Ю-ю. Чёрная рукоять не имела никаких украшений, как и деревянные лакированные ножны.
— Поглядеть — ничего особенного, — сказал он, протянув к мечу руку.
— Не трогай его, — быстро проговорил Ю-ю.
— Это почему же? — въедливо спросил солдат, не убирая руки.
— Не надо, Гаспир, — вмешался герцогский сын. — Это ведь его меч.
— Да, ваша милость. — Гаспир бросил злобный взгляд на Ю-ю. — Только чепуха всё это. Подумаешь, волшебные мечи!
Мальчик проснулся и сел. Он поморгал, потянулся и вдруг закричал. Кива, посмотрев в ту же сторону, что и он, увидела белый туман, ползущий из-под дальней двери. Ю-ю тоже увидел его, выругался и со стоном вытащил меч из ножен. Меч светился мерцающим голубым огнём. Ю-ю попытался встать и повалился на стол.
— В чём дело? — вскричал бледный от страха Омри.
— Демоны… они здесь. — Ю-ю снова поднялся на ноги. Сквозь повязку у него на плече сочилась кровь.
Омри пятился от тумана к двери, в которую только что вошёл. Эмрин, видя, что старика бьёт дрожь, ободряюще шепнул:
— Спокойно, дружище.
— Я хочу уйти!
Туман продолжал прибывать, в кухне становилось всё холоднее. Гаспир и Нарен тоже отступали от стола с оружием в руках. Кива схватила длинный тяжёлый нож.
— Бежим! — крикнул Омри и бросился к двери. Эмрин хотел было последовать за ним, но увидел, что из-под неё тоже сочится слабая струйка тумана.
— Стой, Омри! — крикнул сержант, но было поздно. Дверь распахнулась, туман окутал Омри, от взмаха мощной когтистой лапы на стол брызнула кровь. Второй удар раздробил старику череп.
Эмрин, подскочив, захлопнул дверь и задвинул засов в тот самый миг, когда тело Омри рухнуло на пол. Раздался оглушительный треск, дверная филёнка раскололась. Эмрин выхватил меч, отступая на середину кухни.
Такой же треск послышался от другой двери. Ю-ю шагнул вперёд и упал. Эмрин подхватил его, поднял на ноги. Маленький Берик перестал кричать и съёжился на скамейке. Кива подбежала к нему, но он отпрянул и бегом бросился к остальным. Юный Ниаллад, обнажив кинжал, опустил руку ему на плечо.
— Мужайся, Берик. Мы тебя защитим, — невозмутимо произнёс он, но голос его выдавал страх, и руки дрожали. Паж пригнулся и полез под стол. Норда уже сидела там, закрыв лицо руками.
Ледяной туман полз по каменному полу. Правая дверь уступила, и белая мгла хлынула внутрь. Ю-ю взмахнул мечом, и голубая молния с треском прошила туман. Оттуда раздался полный боли вопль.
— Подними свой меч! — приказал Ю-ю Эмрину. Сержант повиновался, и Ю-ю коснулся его меча своим. Клинок Эмрина тут же вспыхнул голубым светом. — Вы тоже! — Ю-ю тронул мечи Гаспира и Нарена, и они тоже зажглись. — Это недолго продлится, — предупредил Ю-ю. — Вперёд, в атаку!
Эмрин, помедлив всего лишь мгновение, рубанул туман своим мечом. Сверкнула молния — и туман отступил. Гаспир и Нарен тоже атаковали. Огромная белая фигура выскочила из тумана и врезалась в чернобородого Гаспира, сбив его с ног. Нарен в панике побежал. Как только он повернулся спиной, чудовище взмахнуло лапой. Кива видела, как Нарен прогнулся назад — когти, вонзившись ему в спину, вышли из груди. Изо рта умирающего хлынула кровь. Подоспевший Эмрин пронзил мечом грудь чудовища. Оно испустило рёв и отшвырнуло прочь тело Нарена, а потом повернулось к Эмрину. Кива метнула свой нож, и он вошёл прямо в глаз нависшему над Эмрином демону. В этот миг нетвёрдо стоящий на ногах Ю-ю взмахнул мечом раджни, разрубил безволосую белую шею, и чудище опрокинулось набок, перевернув стол.
Туман откатился назад, ушёл под дальнюю дверь.
