Она могла понять, однако, что Софи невзлюбила короля из-за того, что он оказал ей мало внимания, да и на свадебных торжествах после возвращения тоже должен был присутствовать.
Софи скрылась в апартаментах принца Фридриха, и Титания оказалась предоставлена сама себе.
И вновь ей страстно захотелось взять в руки книгу, но она понимала, что искать их в будуаре бессмысленно. Девушка уже успела осмотреть куда более просторную и впечатляющую комнату, расположенную по соседству со спальней Софи, но и там книжного шкафа не оказалось.
Наконец, когда наступило время ужина, она сошла вниз.
Обеих фрейлин и лорда-камергера она разыскала в одной из небольших столовых, а вот Дария нигде не было видно, и она решила, что он дежурит у короля.
Первый министр и остальные сановники уже отбыли, и потому за столом царила официальная и строгая атмосфера, а присутствующие не обменялись ни словом.
Титания испытала облегчение, когда ужин закончился и она смогла наконец подняться к себе в спальню.
Заснула она быстро, и ей снилось, будто она вернулась обратно в Старбрук и скачет по лугам на Меркурии.
Проснулась она рано. После долгого сна залеживаться в постели ей не хотелось, поскольку она привыкла уже в семь утра отправляться верхом на прогулку на Меркурии.
Она мельком подумала о том, а не отыскать ли ей королевские конюшни и собственными глазами взглянуть на лошадей, принадлежащих самому королю, но потом сообразила, что, если предпримет эту вылазку без сопровождения
Потому она просто сошла вниз, а когда входила в холл, то увидела, как почтальон передает груду писем и посылок одному из лакеев.
Титания решила, что посылки, без сомнения, – подарки для Софи, но потом подумала, что среди писем может обнаружиться и одно для нее.
Сразу же по прибытии она не получила письма от няни, что изрядно удивило ее.
Подождав, пока почтальон не удалится, девушка подошла к столу, на котором лакей раскладывал письма и посылки.
– Доброе утро, – приветствовала слугу Титания на его родном языке. – Я хотела взглянуть, нет ли для меня письма из Англии.
Молодой лакей улыбнулся ей.
– Позвольте, я посмотрю сам, – сказал он и добавил обращение, которое можно было перевести как «миледи».
Поскольку она явно пребывала в нетерпении, он ничуть не возражал против того, что и она принялась перебирать письма и, заметив на конверте английскую марку, увидела, что оно адресовано ей. Она показала его лакею.
Титания вышла в сад позади дворца, который еще не видела, – он был полон экзотических цветов, росших повсюду.
Здесь были миндаль и еще много других фруктовых деревьев в цвету, огромные клумбы цветущих белых лилий, снежно-белых, совсем как горные пики, которые Титания видела за деревьями, а в центре лужайки был разбит прелестный фонтан со скульптурой.
Пройдя немного дальше, Титания, к своему удивлению, обнаружила террасу и ступени, ведущие к небольшому озеру. Она решила, что все это было построено в одно время с дворцом и тоже выглядело очень красиво.
Присев на мраморную скамью рядом с озером, она вскрыла письмо.
Оно было от няни, и Титания очень ждала его, поскольку рассчитывала узнать последние новости о Меркурии.
Прочтя все, что написала ей няня, она перечитала его вновь, а потом закрыла лицо руками и заплакала.
Она ничего не могла с собой поделать, и слезы безостановочно текли по ее щекам.
Ей казалось, будто небо над головой обрушилось на нее, а мир вокруг погрузился во мрак.
И вдруг за спиной у нее прозвучал мужской голос:
– Что вас так расстроило? Почему вы плачете?
Она решила, что это Дарий, поэтому молча взяла письмо, лежавшее у нее на коленях, и, не оборачиваясь, протянула его ему.
Затем она вновь прикрыла лицо ладонью и попыталась взять себя в руки.
Дарий опустился рядом с ней на скамью и стал читать письмо.
Титании же казалось, что строчки огненными письменами до сих пор стоят у нее перед глазами.
Няня писала:
