Что до герцогини, то она все время стенала насчет слуг, разумеется, когда те не могли ее слышать. По ее словам выходило, что молодая прислуга отличалась фривольностью и бестолковостью, тогда как те, что постарше, попросту обленились.
От Титании не ожидали, что она присоединится к подобным разговорам, да у нее и самой не было к тому ни малейшего желания. Она с тоской вспоминала увлекательные беседы, которые вели дома ее родители, неизменно вовлекая в разговор и ее, равно как и побуждая высказать собственное мнение.
Всегда находилась какая-нибудь только что опубликованная книга, приводившая отца в восторг, а еще он получал много писем от друзей в Египте, Индии и Японии.
О какой бы стране ни заходила речь, у него всегда имелся в запасе какой-нибудь анекдот или забавная история, связанная с ней, отчего Титания с матерью покатывались со смеху.
«Как бы мне хотелось, чтобы папа оказался сейчас здесь, рядом со мной, — печально думала Титания. — Было бы очень кстати, если бы он побывал в Велидосе и смог поведать мне что-нибудь полезное об этой стране».
После того как с ужином было покончено, она поднялась на палубу. Смеркалось, на небосклон медленно всходила новая луна, а вслед за ней появились и первые звезды.
Едва она успела облокотиться о поручни, как к ней присоединился шталмейстер.
— О чем задумались, мисс Брук? — осведомился он.
За ужином она узнала, что его зовут Дарий.
— Я думала о том, как славно вновь оказаться в море, но мне хотелось бы, чтобы я направлялась в страну, о которой знаю хотя бы что-нибудь.
— И что бы вы хотели узнать о Велидосе? — полюбопытствовал Дарий.
— Все, что вы можете мне рассказать, — с жаром воскликнула Титания. — О его истории, людях и, разумеется, короле. О нем я почти ничего не знаю.
— Он представляется мне необычайно интересным человеком, — медленно проговорил Дарий, словно тщательно подбирал слова. — Но при этом он остается практически неизвестным народу Велидоса.
Титания с удивлением взглянула на него.
— Что вы имеете в виду? Наверняка, будучи королем, он играет важную роль в развитии своей страны.
— Боюсь, что нет, — отозвался Дарий. — Король Алексиус — очень мудрый человек, но он крайне сдержан, и поэтому его подданным известно о нем совсем немного. Даже тем, кто, подобно мне, служит ему, очень трудно преодолеть барьеры, которыми он окружил себя.
Титания почувствовала, как в ней просыпается интерес.
— Как странно. Никогда бы не подумала, что король может быть таким. Собственно говоря, в большинстве стран они очень заняты и постоянно пребывают в центре внимания общества.
— К сожалению, не могу сказать того же о Велидосе. Король Алексиус — сущий затворник.
— Чем же он занимается? И каковы его интересы?
— В настоящее время он пишет книгу по истории Велидоса, каковая, как вы только что заметили, практически не известна остальному миру.
— Что ж, это весьма полезные сведения, во всяком случае, — согласилась Титания. — Но, раз он пишет книгу о своей стране, она должна быть интересна ему?
— Полагаю, в том, что касается его книги, он находится в самом начале пути, когда много веков тому Велидос был еще частью Греции.
— А я и понятия об этом не имела.
— Это правда, и, разумеется, в то время наш народ, совершенно очевидно, принял философию греков, равно как и их веру в богов и богинь.
— А я и сейчас готова поверить в них, — сообщила ему Титания. — Это именно то, что должен дать ваш король своим подданным.
Дарий рассмеялся.
— Сомневаюсь, что его величество согласится с подобным предложением, даже если вам представится возможность озвучить его.
— Вы хотите сказать, что увидеться с королем необычайно трудно?
— Торжественные обеды и ужины, которые устраивают во дворце, представляются ему ужасно скучными и утомительными. Он предпочитает обедать со мной или другим шталмейстером, оказывая нам великую честь, да и нам всегда очень интересно бывать в его обществе. Правда, мне иногда хочется, чтобы те, кто подвергает его критике, сумели понять его чувства и то, как он относится к своей стране.
Титания была заинтригована. Она никак не ожидала услышать что-либо подобное. Правитель страны, в которую она направлялась, явно отличался от тех особ королевской крови, с которыми ей доводилось встречаться во время заграничных вояжей ее отца и матери.
— Расскажите мне еще что-нибудь о вашем короле, — взмолилась она.
— Я не хочу, чтобы вы сначала проявили к нему интерес, — отозвался Дарий, — а потом разочаровались. Я полагаю его исключительной личностью, но, на мой взгляд, избегая обычных людей, он совершает ошибку в том, что касается управления Велидосом.
— А вы никогда не говорили королю об этом? — полюбопытствовала Титания.
— Сомневаюсь, что он станет меня слушать. Он выбрал свой образ жизни, предоставив кронпринцу взять на себя множество тех обязанностей, которые должен был исполнять сам.
Титания была девушкой чрезвычайно проницательной, и по тону Дария она догадалась, что шталмейстер недолюбливает принца Фридриха.
