«…
Сообщение было подписано послом, и Титания долго смотрела на листок бумаги, прежде чем сказала:
— Я знала, что мама приходилась дальней родственницей Роберту Брюсу, но англичане всегда ненавидели его, потому что он изгнал их из Шотландии еще до того, как взошел на трон.
— Что бы англичане о нем ни думали, король всегда остается королем. А это значит, драгоценная моя, что
Титания обняла его.
— Я не верю, что это происходит со мной наяву. Мне кажется, я сплю. Никогда и представить себе не могла, даже после того, как поняла, что люблю вас… что мы можем стать… мужем и женой.
— Мы поженимся немедленно, — заявил в ответ король, — потому что я не могу жить без вас ни минуты. Кроме того, наверняка по городу уже распространились сплетни о том, что мой бесчестный сводный братец отправляется на Платикос. Поэтому мы должны дать нашим людям иную пищу для разговоров, а что может быть лучше королевской свадьбы?
— У них уже… была одна, — пробормотала Титания.
— Наша будет совсем другой, и именно вы, дорогая моя, сделаете ее таковой. Они увидят зрелище, которое будут помнить до конца дней своих.
Обхватив короля за шею, она притянула его голову к себе.
— Вот это я и хотела услышать от вас. Вы такой замечательный, и я хочу, чтобы ваш народ узнал об этом и… полюбил вас так же… как люблю я.
— Пока вы меня любите, все остальное не имеет значения.
— Я люблю вас… всем своим существом, — ответила Титания, — и мое сердце и душа отныне принадлежат вам. Но вы уверены — точно-точно, — что ничто не помешает нам… быть вместе?
— Я уверен в этом полностью, — ласково улыбнулся ей король. — И, моя дорогая, поскольку вы хотите, чтобы наш народ был счастлив, мы сделаем все, что в наших силах, чтобы он был так же счастлив, как мы.
Глядя на него, Титания подумала, что еще никогда не видела столь счастливого мужчину.
В глазах короля светилась такая любовь, что она почувствовала, как в груди у нее разгорается ласковый солнечный свет.
Словно угадав, какие чувства она испытывает, он притянул ее к себе.
Король целовал ее так, что она потеряла счет времени и не могла думать более ни о чем, кроме волшебного прикосновения его губ.
Наверное, лишь часом позже король сказал:
— К этому времени корабль Фридриха должен был отплыть, и сейчас я собираюсь объявить о своей помолвке с вами и о том, что мы поженимся через четыре дня.
Он смотрел на Титанию так, словно боялся, что она станет возражать против столь скорого бракосочетания.
Но она знала, о чем он думает, и потому ограничилась тем, что сказала:
— Мы действительно должны ждать… так долго?
Король рассмеялся.
— Я тебя обожаю, — сообщил он ей, — ты всегда говоришь то, чего никто не ожидает. Помимо всего прочего, драгоценная моя, я хочу узнать тебя и все, что можно и нельзя, о тебе. Кроме того, я уже распорядился пригласить в Велидос самых опытных золотоискателей и прочих разведчиков недр, чтобы они занялись изысканиями в наших горах.
— Это просто чудесно! — воскликнула Титания. — И я не сомневаюсь, что, раз Господь был так добр к нам, мы найдем что-нибудь фантастически ценное, что принесет пользу и благосостояние всей стране.
— Помимо всего прочего, стране принесет колоссальную пользу уже одно ты, что ты станешь ее королевой, — добавил король.
И он вновь принялся целовать ее.
То, что король решил, что они должны пожениться уже через четыре дня, стало для Титании хоть и весьма приятной, но неожиданностью, поскольку у нее оставалось очень мало времени для того, чтобы совершить приготовления.
Он сказал ей, что уже подумывает о том, чтобы устроить фейерверк для взрослых, а для детей карусель и прочие аттракционы, которых они еще никогда не видели.
Узнав, что он уже отдал необходимые распоряжения, Титания обвила его руками за шею и воскликнула:
— Ты просто замечательный, именно такой король, каким я тебя всегда представляла.
— Сначала я думаю о том, чего хотела бы ты, — признался он, — а потом понимаю, что именно так и должен поступить.
Они шли по дворцу, держась за руки, и придворные и слуги встречали их приветливыми улыбками.
Титании казалось, будто она живет в раю, который не могла себе и вообразить.
