У меня разболелась голова. Пора собираться домой. Слегка окрыляла предстоящая встреча с Олегом. Я пришла в комнатку для работников, сразу проверила телефон. Так, что тут у нас? Вика удачно села на поезд. О, Олег что-то пишет. Ну вот, я это чувствовала. Любимый написал, что примерно неделю нам не удастся увидеться. Он взял новый крупный проект, который потребует полного погружения. Работать придётся много.
Я пожелала Олегу успехов. И тут же придумала, что буду делать в выходные. Заодно проверю, подруга мне Алиса или нет. Постучав, я зашла к ней в кабинет.
— Привет, — Сказала Алиса, искоса глянув на меня. Она увлечённо работала за компьютером. На столе скопились пустые чашки из-под кофе. Похоже, ей принесли их сразу несколько. Глаза начальницы горели.
— Алиса, я сегодня свободна. Сходим куда-нибудь завтра — послезавтра?
— Миланка, не до этого сейчас! Открываем ещё одно кафе-кондитерскую. Работаю сутками! Сходи пошопиться. Стоп, а куда подевался Олег? Ты же с ним всё свободное время проводишь.
— Он тоже будет жутко занят целую неделю. Новый проект какой-то.
— Понятно, — съязвила Алиса.
— Я хотела спросить, не дашь мне тогда два дня выходных? Поеду в свой город, братика навестить. Он по мне сильно скучает. Папа ездил туда. Больно, говорит, смотреть на Матюшу.
— Хм, выходные, говоришь? А почему бы и нет? Потом некогда будет отдыхать. Открытие нового кафе, обучение персонала. Вы все подключитесь. Так… Завтра у тебя два выходных, потом две рабочих смены, правильно? — Алиса нашла график смен.
— Да.
— Ближайшие две смены отдохни, потом у тебя два выходных по графику. Через шесть дней жду тебя на работу. Достаточно для поездки?
— Да, здорово! Спасибо, Алиса, ты супер!
Я хотела обнять подругу, но та отмахнулась и снова уставилась в какие-то таблицы, не обращая на меня внимания. Я радостная кинулась домой. Нужно столько всего успеть. Билеты туда — обратно, подарки Матвейке. Что-нибудь для Вики. Ещё в своём городке я планировала сходить в кулинарный техникум, может, мне выдадут хоть какую-то справку об обучении там. Или вообще удастся договориться о сдаче экзаменов и получении диплома? Припугнуть их судом. Они же без оснований меня отчислили. На месте решу. А пока нужно торопиться, столько дел, столько дел!
* * *
Родной город встретил меня затянутым серыми облаками небом и прохладой. Чувствуется приближение осени. После Москвы городок кажется маленьким, но уютным, своим. Вот и наш с папой бывший уютный домик.
Я тихонечко вошла, сразу прошла в сад. Ура, яблоня мамы на месте. Почти все яблоки скинула. Была уверенна, что Алла её спилит.
Входные двери не заперты, значит, дома кто-то есть. В гостиной шумит телевизор. Слишком громко. Какой-то музыкальный канал. Только Кира смотрит каналы, не требующие нагрузки для мозга.
Я решительно направилась в гостиную.
Не верю своим глазам. На диване сидит Алла с бокалом вина в руке. Удивило то, что Алла растрёпана, не накрашена. Невидящим взглядом она смотрит на экран телевизора.
— Садись, — неожиданно громко и внятно сказала Алла.
— Я села рядом с ней.
Я не узнавала Аллу. Вся гордыня исчезла. Мачеха выглядела старше своих сорока трёх.
Я не просила, но Алла вдруг начала изливать мне душу. Она говорила и говорила о своих проблемах, о неудавшейся жизни. Из её рассказа я узнала и кое-что новое.
Оказывается, Алла и мэр подстроили весь этот спектакль с его влюблённостью в меня. Им хотелось поскорее выжить меня из дома. Жить вдвоём. Здесь, на окраине городка, Льва Алексеевича почти не знают. Можно жить спокойно, не опасаясь осуждения и огласки в газетах о том, что мэр, только похоронив жену, живёт с другой женщиной. Особенно Любатов не хотел, чтобы эта информация дошла до родственников погибшей жены. По их убеждениям, мэр должен был носить траур по жене не менее одного года.
Алла тоже считалась замужней женщиной. Никто ведь не знал, что у неё с моим отцом фиктивный брак. Если бы об этом узнали родственники погибшей жены Льва, плохо бы было всем. А так, мэр всегда мог сказать родным о поездке к другу. Кто знает, что «друг» сейчас в другом городе живёт?
Алла говорила, говорила. Я всё больше запутывалась в их отношениях. Я хотела тихонько уйти к Матвею. Её поток слов начал напоминать пьяный бред. Я засомневалась в правдивости её слов. Я уже встала и бочком начала пробираться к выходу.
— Стой! Я ещё главного не сказала!
— Ну что ещё? Я Матвея, братишку хочу увидеть.
— Не брат он тебе! И вообще, я его скоро в интернат для инвалидов сдам!
— Что? Ты с ума сошла? У таких детей там жуткое существование, а не жизнь. Никакой ласки, любви и заботы. Никто ими, как положено, не занимается! Ты совсем ку-ку?
— Пусть его папашка за ним ухаживает. Это от него сын больной родился.
— Ты не с мэром живёшь? — я ничего не понимала. — Вы же вместе столько всего нагородили, чтобы вдвоём жить.
— Он себе молодую нашёл. Секретарша его новая. — Алла вмиг протрезвела и заплакала. — Вот пусть сам сына и воспитывает. А я отойду от его предательства, буду личную жизнь устраивать.
— Давно пора. Как будто сразу не понятно было, какой Любатов на самом деле.
