Мне девятнадцать лет. Я лежу на кровати и вспоминаю появление Аллы в нашем доме. Отношения у нас так и не сложились. Она вечно ко мне цепляется, язвит. Пытается навязать своё мнение и всё решить за меня. Вот и сегодня она, можно сказать, почти что выгнала меня из дома вечером. Придёт её давний, добрый друг. Он, кстати, глава нашего городка. Папа тоже его хорошо знает, раньше он работал у него личным водителем. А теперь из-за этой Аллки работает водителем-дальнобойщиком. Возит грузы на огромном грузовике в разные города. Папы неделями не бывает дома. Алле этого и надо. Полная свобода действий, к тому же мой папа стал зарабатывать больше. Мачехе это тоже очень нравится.
Сама Алла работала только в молодости, до рождения Киры, которой сейчас двадцать пять лет.
Живёт эта наглая девица тоже в нашем доме. Хотя у них есть квартира от первого мужа Аллы. Каким-то образом Алле удалось отжать квартиру целиком у бывшего мужа. Теперь Алла сдаёт в аренду ту квартиру.
Как они мне обе надоели. Как же я мечтаю поскорее окончить кулинарный техникум и съехать на съёмную квартиру. Осталось совсем чуточку. Я уже делаю торты и пироги на заказ, они всем нравятся. Заработок от этого пока небольшой, так как заказы редкие. Не хватает времени, пишу диплом.
– Ну и чего ты тут разлеглась? – мачеха, как обычно ввалилась в мою комнату без разрешения. – Я же просила тебя уйти сегодня вечером куда-нибудь.
– Ага, просила. Приказала! – Я развеселилась, глядя на выражение лица мачехи. – На улице холодно. Давай, я просто не буду выходить из комнаты. Зачем я вообще должна уходить из своего дома? Ты так и не объяснила.
– Так надо. Я хочу, чтобы Лев Алексеевич всё внимание уделял Кирочке. Ей давно пора замуж. А тут такой жених! Влиятельный, состоятельный, вдовец! – восхищалась Алла.
– Всего-то неделю, как вдовец, – подколола я.
– Надо брать, пока другие не позарились! Много ты понимаешь. Хорошо, что мы дружили с его женой. Я теперь у Лёвы самый близкий человек, которому можно поплакаться.
– Ничего, что он старый для Киры? Двадцать лет разница.
– Зато какой красавец! Я уверенна, он покорит сердце Кирочки!
– А Кира хоть знает? Или ты уже за неё всё решила, как обычно?
– Как ты со мной разговариваешь? Что за злые и ироничные высказывания? Завидуй молча! Собирайся давай, собирайся. Раньше девяти вечера не появляйся здесь! – мачеха раздула ноздри и выскочила из комнаты, напоследок зыркнув уничтожающим взглядом.
Мне стало легко и весело. Я натянула любимые чёрные джинсы, жёлтый свитер. Ни за что бы не ушла из дома по приказу Аллы. Но сегодня я обещала забежать на работу к Тарасу. Как же я его сильно люблю! Как только представлю любимого, поднимается настроение, сердце пускается в пляс. Я так сильно соскучилась, обнять и раздавить его в объятиях хочется. В шиномонтажке Тарас работает за двоих. Старается для нас. Летом мы собираемся жить вместе в съёмной квартире.
Я поспешила вниз, на кухню.
– Куда набираешь? Опять к своему нищеброду голодному намылилась?
– Я эти пироги сама пекла. Я же на три часа ухожу, мне поесть захочется.
– Охотно верю, – скривила губы Алла. – Нашла, с кем связаться. Семью позоришь. Он же нищий, необразованный. С Кирой моей учился, из двоек не вылезал, уроки постоянно срывал. Он же и девяти классов не закончил! А родители его. Ужас, на кого похожи, алкаши. Ни на одном собрании в школе у сына не были.
– Тарас не нищий. Он работает, в отличии от некоторых, – я с удовольствием смотрела на побледневшую Аллу. – Зарабатывает хорошо. Профессия у него простая, но мы тоже не из высшего общества. Папа мой – водитель, твоя дочь – продавец одежды. А ты вообще секретаршей пару лет за всю жизнь проработала. А сейчас – безработная!
– У меня доход от аренды квартиры! – Алла залпом выпила стакан воды, села на стул. – Я сына инвалида воспитываю!
– Кстати, где Матвейка? Мне с собой его взять?
– Издеваешься? В такой холод и на три часа?
Я хмыкнула, взяла пакет с пирогами, накинула кожаную куртку и вышла из дома. Никто не имеет права осуждать мой выбор. А за Тараса я убить готова. Жалко Матвейку. Это мой пятилетний братик. Сын Аллы и моего отца. Запрут его сейчас в комнате надолго. Не будет до него дела никому. У него ДЦП. Вроде лёгкая форма. Он до сих пор очень плохо говорит. Самое понятное его слово: «Миана». Это он меня так называет. Он ходит с трудом. Ещё какие-то проблемы с развитием. Я особо не вникаю в его болячки. А вот играть с ним, и учить новому, люблю. За Матвейкой нужен постоянный уход и присмотр. Врачи говорят, что он может вырасти обычным человеком с незначительными особенностями. Главное, сейчас не запускать. Но Алла занята только собой. На что её хватает, это ездить с ним в больницу. Он посещает много разных специалистов. А вот дома братишка полностью на мне.
***
По дороге я не удержалась и слопала один пирожок с капустой. Ммм, объедение. Давно я не пекла обычные пирожки. Всё какие-то изыски. Необычное печенье, торты, пирожные, заморские десерты.
