Глубоко вздохнув, я взял ладошки девушки в свои ладони и серьезно посмотрел ей в глаза.
— Милая, скажи мне, ты уверена, что леди Клара не захочет наказать убийцу своей сестры, наплевав на все приказы господаря?
Наташа явно хотела возмущенно фыркнуть, но что-то не дало ей этого сделать. Чем дольше она обдумывала мой вопрос, тем беспокойнее становились ее глаза.
— Леди Клара очень непростая особа. И очень строптивая. С леди Бьянкой они не очень ладили, но даже не знаю… — Девушка опять задумалась. — Пожалуй, ты прав.
Наташа, ухватив меня за руку, ринулась в обратную сторону с той же решительностью, с какой она тащила меня к сцене.
На нас никто не обращал внимания, потому что все были заняты представлением, которое уже начало меня беспокоить. Может, это от страха, но удары тамтамов отзывались звоном в моей голове, затуманивая сознание. К счастью, через минуту очередные двери отрезали нас от странных звуковых эффектов, и мы почти бегом направились к гостевым покоям.
— Быстро собирайся, а я пойду поговорю со слугами насчет лошади и попрошу домнуле Мирче, начальника охраны, выделить тебе сопровождающего, — сказала мне девушка, когда мы остановились у дверей в гостевые апартаменты. — У нас с ним хорошие отношения, и если от господина не было никаких запретов, он тебе поможет.
Скользнув по моим губам быстрым поцелуем, она убежала по коридору, а я с робким облегчением открыл дверь и шагнул в комнату.
В этот раз мне не удалось даже запустить крылья. Темная фигура словно соткалась из мрака обычно всегда освещенной комнаты. Я лишь успел рассмотреть летящий в лоб кулак.
Не успел.
Да вы издеваетесь!
Первой моей эмоцией после возвращения в сознание было возмущение.
Прямо дежавю какое-то. Я опять лежу на куче соломы, голый и посаженный на цепь, как собака. Даже шишка примерно на том же месте. Никакой фантазии у этих уродов.
Но одно отличие все же было — развития дальнейших событий пришлось ждать не очень долго. Хотя непонятно, хорошо это или плохо.
Минут через двадцать после моего пробуждения дверь открылась, и в камеру вошли три темные фигуры. Двое в уже набивших оскомину балахонах, а одна в туго обтягивающей хрупкое тело кожаной «амазонке».
А вот и леди Клара, век бы ее не видеть. Впрочем, мне выбирать не приходится.
При входе посетителей я встал и инстинктивно прикрыл срам.
Эта дама владела искусством макияжа намного лучше папеньки, и отличить ее от нормальной женщины было трудно, особенно в неверном свете истощенной магической лампы. А вот с мимикой у нее было немного хуже, как и со способностью к языкам.
— Так вот ты какой, зверь диковинный, — с жутким акцентом сказала она.
— Не диковиннее вас, мадам.
Все еще прикрываясь руками, я постарался принять независимую позу, но получилось плохо. И дело даже не в наготе: нормально владеть собой мешала подступающая паника. Ощущение страха было каким-то животным и вряд ли имело естественное происхождение. Не уверен, что упырица намеренно давила меня ментально, может, это у нее просто аура такая.
Ох, как же мне не хватает защитного артефакта профессора.
— И почему вы, людишки, такие строптивые, особенно имперцы? Я несла тебе подарочек, но не донесла, потому что наткнулась на еще одного такого же, как ты, наглеца. Но не бойся, мальчик, для убийцы моей сестры у меня есть еще много сюрпризов. А для начала ты мне расскажешь — как смог убить высшую стрыгу? Отец считает это простым везением, я же думаю, что есть какой-то секрет.
— Спешу и спотыкаюсь, — проворчал я, нагло глядя в глаза вампирши.
Меня охватил какой-то веселый фатализм, напрочь смывая ощущения страха.
Умирать, так с музыкой!
Даже убрал руки от самого дорогого, потому что иначе вызывающая поза не получалась.
— Наглое животное, — прошипела упырица.
В плане понимания сущности вампиров этот обмен колкостями дал мне намного больше, чем общение с Дракулой и рассказы профессора. Цепеш настолько владел своей мимикой и голосом, что казался хоть и очень странным, но все же человекам. А вот имитация эмоций в исполнении этого существа выглядела жутковато. Человеческие страсти ей явно чужды. И все же что-то двигало поступками и порывами этого существа. И это что-то настолько чуждо и неестественно для моего понимания, что просто голова кругом.
Оскал упырицы обезобразил кукольно-красивое лицо, делая его запредельно уродливым. И тут же я внезапно осознал, что ничего прекраснее в этом мире не видел. Мне доводилось делить постель с очень красивыми женщинами, но никого и никогда я не хотел так сильно, как этого ангела. Каждый изгиб тела, каждая черточка ее совершенного лица просто сводила меня с ума. Удержаться от соблазна хоть на мгновение прикоснуться к этому великолепию было попросту невозможно.
Я шагнул вперед, ощутив болезненный рывок ошейника, но все это такие мелочи!
Увидев эти потуги, моя леди подошла ближе и своими изумительными пальчиками прикоснулась к моему подбородку.
— Говори.
