Сэр Уильям оправился от раны, но ходить так и не смог. Ноги отнялись навсегда. Когда больному стало лучше, его переправили из дома преподобного Стина в Лиснаски. Совсем еще молодой человек, он целые дни проводил либо в кровати, либо в специально сколоченном кресле и злился на весь свет. Как ни хотелось ему обвинить в своем несчастье католиков, ничего не получалось, потому что стреляли в спину. Однако, рассуждал сэр Уильям, не будь Магуайр-Форд папистским гнездом, он ни за что не отправился бы туда и не стал инвалидом. К тому же он так и не выяснил имя преступника, поэтому считал, что именно католики ответственны за его нынешнее состояние. Подстрекаемый женой и матерью, он замышлял месть против своего брата Кайрена и Форгейн, поскольку, не явись она в Ольстер, ничего бы этого не случилось. Это они во всем виноваты.
Никто не приезжал навестить сэра Уильяма и его семью. Почти все слуги покинули дом. Кажется, он был обречен провести остаток дней в Меллоу-Корте в обществе матери и жены. В тщетной попытке избавиться от боли и скуки сэр Уильям стал пить.
А в это время Отем Лесли, рожденная в канун Дня Всех Святых, именуемого на кельтском Samhein, росла и крепла. Жасмин чувствовала, что это последний ее ребенок, и поэтому кормила дочь сама, отказавшись от кормилицы. Фортейн обожала малышку и почти все время проводила с ней и матерью.
– Отем такая милая, – вздыхала она. – Я тоже хотела бы такую.., знаю-знаю, сейчас не время, мама.
– Если Кайрену придется плыть одному, может, тебе стоило бы забеременеть, – посоветовала Жасмин. – И я смогу быть рядом во время родов. Когда соберешься к мужу, малыш будет достаточно большим, чтобы вынести плавание. Но подожди, пока мы вернемся в Англию, – там все решишь.
Фортейн снова вздохнула. Ей хотелось мирной жизни, как у матери и сестры Индии. Дом, муж, дети и покой. Почему она не может иметь все это? Но что поделать, сама рвалась выйти замуж за человека, которого преследуют за веру. Придется строить новую жизнь в новом месте. Но когда? И сколько времени должно пройти?
Она прижала к себе сестру, восхищаясь совершенством ее черт. Темные волосики с красноватым отливом, глаза уже в два месяца приобрели зеленый оттенок. Недавно преподобный Стан окрестил ее, а крестными стали она и брат-Адам.
Рождество и Двенадцатая ночь прошли, и зима разгулялась не на шутку. В Магуайр-Форде все было спокойно, жители Лиснаски, казалось, притихли после октябрьских событий. К восторгу Кайрена, несколько семей, включая юного Брюса Моргана, решили отправиться с ним и Фортейн в Новый Свет. Несмотря на неизвестность и вероятную опасность такого путешествия, перед ними открывались новые возможности. Жители постарше, разумеется, не находили в себе смелости оставить Ольстер. Если они сумели выжить до сих пор, значит, им уже ничто не страшно, рассуждали они.
Январь уступил место февралю, а февраль сменился мартом. На зеленых склонах холмов резвились ягнята, появившиеся на свет месяцем раньше. Герцог начал готовиться к путешествию в Шотландию. Они ре шили уехать пятнадцатого мая, на следующий день после пятнадцатилетия Адама Лесли. И он и Дункан уже привыкли к жизни в Магуайр-Форде. Преподобный Стин по просьбе родителей наставлял их в науках. Королевский приказ должен был прибыть до их отплытия, а в ожидании этого Жасмин велела пересмотреть границы владений, разделив их на две равные части. Когда Дункану исполнится шестнадцать, на заранее выбранном месте будет построен дом для него.
В середине апреля прискакал посланец с приказом короля, по которому поместье переходило от леди Жасмин Лесли, герцогини Гленкирк, к ее сыновьям, Адаму и Дункану Лесли. Каждому мальчику был дарован титул, поскольку их отец был герцогом. Дункан стал бароном Лесли оф Динсмор, по имени того участка, на котором предстояло возвести особняк, Адам – бароном Лесли оф Эрн-Рок. Копия документа была вывешена на площади, а вторую Кайрен лично повез в Меллоу-Корт, чтобы показать брату и мачехе.
Джейн Девере, изможденная и осунувшаяся, встретила его неприветливо.
– Тебе было сказано не соваться сюда! – вскричала она при виде пасынка.
– Это мой последний визит, мадам. Где Уильям? Отведите меня к нему и позовите невестку.
Джейн проводила пасынка в маленькую гостиную, где в мягком кресле сидел Уильям.
– Кайрен! – почти радостно воскликнул он.
– Прости, что врываюсь без приглашения, Уилли, но я боялся, что ты не захочешь меня видеть, если я заранее извещу о своем приезде. Я привез копию документа на право владения Магуайр-Фордом. – Он вручил бумагу молодому человеку. – Как видишь, отныне хозяева там – Адам и Дункан Лесли, то есть сэр Адам и сэр Дункан. Не осталось никаких сомнений в том, кому отошли Эрн-Рок и земли. Они в руках протестантов, наставник которых – сам преподобный Стин.
– Но Рори Магуайр остался, не так ли? – прошипел Уильям.
– Да, и будет управляющим, пока сам не захочет уйти на покой, – заверил Кайрен. – Он не причинил зла ни одному человеку, и лучше его никто не знает лошадей. Он там нужен.
– Но он католик! – упрямо пробормотал Уилли.
