- Пока можете, заводите детей. Валер, не ждите. Поля может биться за свою карьеру еще десять лет, а потом окажется поздно.
- Да я с удовольствием, - в его голосе я услышала нотки грусти. - Я уже давно созрел для этого, а Поля все оттягивает. Я говорю ей, что вполне смогу обеспечивать наше существование, если она перестанет зарабатывать. Но у Поли амбиции! Я уже к Кате с Павлом стал вытягивать ее чаще, чтобы шелохнулось где-нибудь, проснулось. Но она как танк!
- Узнаю Полю, - я чувствовала, как вино расслабляет. - Ее никогда ни в чем нельзя было убедить. Такая пылкая и эмоциональная с одной стороны, но такая упрямая.
- С ней тяжело очень, - откровенно признался Валерка. - Мне порой об стенку биться хочется. А если ее идею поддерживает Юлия Михайловна - туши свет! Иногда так хочется махнуть на все и сбежать куда-нибудь.
Я вдруг вспомнила Алексея. Ему тоже было тяжело с Юлией Михайловной, но я думала, ему это нравится. Услышать подобные откровения от Валерки было несколько неожиданно.
- Но у тебя получается с ней справляться, - робко проговорила я.
- Приходится себя так ставить, иначе с ними нельзя.
Валерка руководил семьей по-мужски, он сумел выработать правильное к себе отношение. А Леша не стал... он поплыл на поводу у женщин, не сопротивляясь и ничего не меняя.
- Вы часто общаетесь с ее родителями?
- Стараюсь сводить общение к минимуму. Нет, я не против, они очень хорошие люди! Но ты же сама понимаешь, когда собираются Поля и ее мама, впору начинать третью мировую, я едва выстаиваю напор, - он усмехнулся. - И... они никогда тебя не простят и каждый раз пытаются перемыть тебе косточки... А с Алексеем Викторовичем я и вовсе стараюсь не пересекаться... слишком многое я знаю, - последние слова давались ему не совсем легко.
Воспоминания о Леше резали сердце. И я не понимала, то ли от приятных чувств, то ли от негатива, осевшего последним осадком.
- Порой мне кажется, что карьера для Поли значит больше, чем все остальное. Вот и я стал больше отдаваться работе...
Я заглянула Валерке в глаза, они были грустными и угасшими.
- И как только тебе хватает сил возиться еще и со мной, - тихо сказала я.
- Хватает, - он чмокнул меня в лоб. Его пальцы перебирали кончики волос на моей шее. - И я всем сердцем верю, что у тебя все будет, и семья, и дети, и чего бы ты ни захотела. Две неудавшиеся беременности еще не показатель.
Я примолкла. Валерка был таким родным и надежным.
- Три беременности, - очень тихо произнесла я. Его тело напряглось. - Я никому не говорила. Самый первый раз я сделала аборт. Оттуда и все последствия. Хотя наверняка я бы тогда тоже не родила, у меня было полно болячек, которые не позволили бы.
- Почему ты не говорила?
- А что бы я сказала? "Привет! Я залетела, не знаю от кого!". Мне тогда жить-то не хотелось, не то, что давать ее. Все прошло очень быстро и почти безболезненно, мой организм тогда совершенно ничего не чувствовал, будто не жил, - я уткнулась в Валеркину шею, его тело приятно пахло. - Я и второй раз хотела аборт, ты же помнишь. Это вы с Тимуром что-то во мне переключили, и я осознала...
- Девочка моя, - Валерка мягко водил пальцами по моей щеке, чувствуя дыхание у себя на шее. - Сколько ж ты пережила.
- Сама виновата, я же говорила. Будь я умней, никогда бы не пошла за Тимура, никогда бы не стала вести этот образ жизни... и кто знает, как бы все сложилось, не приведи я Тимура к себе назло Леше...
- Ничего не бывает зря, все к лучшему.
- Стоило это пережить, чтобы понять смысл жизни.
- Ты еще молода, у тебя вся жизнь впереди.
- Валерка, почему ты со мной? - я приподнялась и взяла его лицо в свои ладони, большими пальцами я бережно водила по скулам. - Почему мне так с тобой повезло?.. Поле повезло... - я вдруг поцеловала его. Валеркины руки тут же обвили мое тонкое тело, будто только и ждали разрешения. - Ты не представляешь, какой ты хороший, - я нежно касалась его щеки своей, стараясь дотронуться каждой клеточкой и попробовать его.
- Я всегда буду с тобой, глупая, - он аккуратно гладил меня по спине, рукам, волосам.
Я прижималась к нему сильнее, но рубашка не позволяла почувствовать его тепло. Я осторожно расстегнула сначала его, а потом свои пуговки. Мне необходим был этот человек не только доступными частями, он был нужен мне полностью, до каждой клеточки, каждого нервного окончания, весь целиком. Я ощущала, что моя жизнь без него невозможна, мне не хватало воздуха, если я на секунду отстранялась от него. Я дрожала, прикасаясь к нему. Я вдыхала его запах, дотрагивалась губами, пальцами, всем телом. Я хотела быть рядом с ним и ни на миг не отпускать!
Я чувствовала неописуемую ответную нежность. Меня тоже хотели, меня обследовали, мною упивались, меня вдыхали и бережно ласкали. Казалось, такими мягкими могли быть лишь облака. Именно они всегда казались мне невесомой периной, которой можно коснуться, и она обволочет тебя невидимой трогательностью и упоением.
Никогда ранее я не была на облаках ни с одним мужчиной. Пыталась приподняться с Лешей... Но та перина казалась жестким кирпичом в сравнении с этой невесомостью!
14
