С Валеркой я периодически созванивалась. Он подбодрял меня, рассказывал анекдоты, чтобы хоть как-то отвлечь. Мне становилось легче, но едва я вешала трубку, вновь окуналась в свое состояние и не могла даже улыбаться. Анна видела, что я расстраиваюсь, и лишний раз старалась не трогать. Они с Йоргом пробовали выводить меня на развлекательные мероприятия, но я чувствовала себя в чужой тарелке.
- Что говорят врачи? - спросила она однажды.
- Все то же, пока ничего, - грустно ответила я.
- А если попробовать искусственное оплодотворение? Может быть, так приживется?
- Говорят, это слишком дорого... и очень маленький шанс.
Когда я поздравляла всех с новым годом, то сначала позвонила родным, а потом решила пообщаться с Катюхой. Она радостно сообщила, что Поля на четвертом месяце, и они с Валеркой наконец-то ждут потомства. Я стойко перенесла этот разговор, но позвонить Валерке у меня уже не хватило сил. Я понимала, что для них это счастье, они готовятся к рождению маленького, а Катя уже подумывает о втором. Валерка наверняка мог сказать мне раньше, но не сделал этого... Я все понимала, но в данный момент не хотела слышать их счастливые голоса. Сначала мне нужно было свыкнуться с новостью.
Он написал мне в интернете. Он знал, что если я не позвонила на новый год, то не просто так. Он извинился, что не успел сообщить первым, они с Полиной лишь недавно раскрыли карты, но его сообщение было таким добрым и тактичным, что я не смогла молча игнорировать. Как бы то ни было, я желала им счастья, моему лучшему другу и бывшей лучшей подруге.
За год, проведенный в Германии, я многое испробовала, и многое не получилось. Моя виза истекала, и я не хотела продлевать ее, не видя смысла в своем дальнейшем нахождении в чужой стране. Я сдала последние анализы и решила ехать домой. Результаты мне обещали выслать в Россию. Это была последняя надежда и окончательный вердикт. Если на этот раз мне вновь скажут "нет", значит, шансов действительно не осталось.
Родственники встретили меня в аэропорту, и я вернулась в свою квартиру. Праздник по моему приезду был устроен уже на следующий день, и я вновь увидела своих друзей - Катюху с Павлом и Валерку, самых близких и любимых.
- Немецких ухажеров завела? - спросила Катя с горящими глазами. - Будет у нас жених из Германии?
- Не будет, - коротко ответила я. - Нет там достойных, никто мне не нужен.
- У Паши уже все знакомые закончились, которых ты еще не знала бы! У нас кончились кандидаты!
- Кать, я сама о себе побеспокоюсь. Буду жить себе в удовольствие, никого не напрягая. Многие так живут, а уж мне и подавно написано...
Когда Катюха с Павлом ушли, мы с Валеркой остались вдвоем. Я соскучилась по нему, по нашим старым посиделкам и беседам за жизнь. Он скромно сидел за столом и разглядывал меня.
- Ты опять похудела, - заключил он. - Я провожал тебя полной сил и здоровья, а обратно получил худенькую грустную девочку.
Я отмахнулась. Мне наплевать, как я выгляжу, жизнь от этого не изменится. Валерка тоже казался чуть похудевшим.
- Как Полина? - спросила я.
- Нормально. Не все гладко, но справляемся.
- Кого ждете?
- Девочку, - Валерка улыбнулся. - Думаем назвать Евгенией.
- Красивое имя.
- А тебе что, никаких надежд не оставляют?
Я пожала плечами. К горлу подкатил ком, и глаза наполнились слезами.
- Никаких, - прошептала я. - Через столько прошла, и все равно говорят - никак. Остался последний результат, обещали прислать в течение месяца. Если и он покажет невозможность, то врачи тут бессильны. Уже не знаю, какому богу молиться. Хоть в монастырь уходи.
- Ну, с монастырем ты горячишься. В детских домах столько малышей без родителей.
- Мне, одиночке, не дадут. Ты же знаешь наши законы извращенные, а свою состоятельность одна я доказать не смогу, у меня доход низкий.
- Выйти замуж?
- Опять? - я уронила голову на руки, собираясь с силами. - Нет, конечно, можно фиктивно... но я не хочу опять весь этот ужас проходить, - я вспомнила свой брак с Тимуром, - пусть даже фиктивный.
По мои щекам катились слезы. Я впервые позволила себе расслабиться в присутствии кого-то за последний год. Почему-то с Валеркой я могла это сделать, а с другими держалась. Как только он выносил мои истерики?! Я уже не помню, когда мы с ним не рыдали от проблем, а просто наслаждались жизнью и весело общались. Я старалась вести себя радостно в компании, но наедине всегда использовала друга как плакательную жилетку. Каким же терпением он обладал!
- Я так устала... устала от жизни, в которой давно нет никаких эмоций и позитива. Силы утекают, а подпитки нет! Все так монотонно и однообразно. Меня даже никто не любит... - я была вынуждена признать, что любви действительно не хватает. - За целый год я не почувствовала ни одного огонька со стороны мужчин. Представляешь, они ухаживали, мы даже встречались... но холодно так, с каким-то расчетом.
Валерка смотрел мне в глаза и поглаживал по плечу.
- Нация такая холодная, - сказал он.
