Привет, Мелоди. Грейс здесь. Я была бы признательна, если бы нам удалось перенести нашу встречу с завтрашнего дня в два часа на сегодня в такое же время? Наш директор по развитию вынуждена уехать сегодня вечером из города и не сможет подписать договор с вами.
Я смотрю на слова, руки трясутся, каждый вздох отдается во всем теле. Я задыхаюсь. Вся злость и отчаяние последних месяцев вскипают в груди.
Я знаю, что я здесь из-за того, что Мел не могла
Я на самом деле очень ценю данную мне возможность, но думаю, что у нас не получится хорошего сотрудничества.
Я отправила ответное сообщение Грейс.
В этот же самый момент я пожалела об этом, но это признание сделало все только хуже. Мел и так ненавидит меня. Так что ей больше не нужны причины, чтобы отречься от меня.
Очень жаль это слышать. Пожалуйста, дайте нам знать, если что-то изменится.
Что я наделала?
Я удалила переписку и кинула в черный список номер Грейс, предварительно удалив его с телефона мамы. И положила мобильный туда, где он лежал.
Зарывшись под одеялами огромной кровати, я больше не высовывалась.
Мел лихорадочно копается в телефоне.
Мои пальцы дрожат вокруг ручки, когда я смотрю на последнюю запись в моем дневнике и пытаюсь вспомнить момент, когда она поселила это в меня. К тому моменту, когда она достигла Грейс, позиция на должность соучредителя была уже занята.
Когда я завела черную записную книжку, то не подозревала, что смогу когда-нибудь достичь того уровня зла, которое я сотворила с Вией. Но я не только повторила ошибку из-за своей ревности – лишила кого-то единственной возможности в жизни, – я сделала это со своей матерью.
Я перекатилась на своей кровати и посмотрела в потолок. Недавно, особенно после появления Пенна, я начала подумывать о том, чтобы закончить встречи с Причардом – он мне больше не нужен. И сейчас меня гложет, что мне придется увидеться с ним завтра и рассказать ему все.
Я направилась вниз за стаканом воды. Наверное, сейчас около полуночи. Свет в доме не горит, единственный слышимый звук – работающая система отопления и кофемашина, которая греет воду автоматически.
Как только я схватила стакан воды и направилась в комнату, то услышала звук открывающейся входной двери и повернулась на автомате, столкнувшись с избитым Пенном. Его лицо было все в синяках, порезах и шишках. Он хромает в сторону кухни, таща за собой левую ногу и врезаясь в стены, статуи и растения. Очевидно, его повреждения перешли все границы. Я открываю рот, чтобы спросить, был ли он в «Змеиной норе», но сразу же закрываю, вспомнив, что это не мое дело. Мамочка его малышки может позаботиться о нем. Он дал мне это понять в прошлый раз. Так что мне стоит перестать унижаться ради парня, который грубо воспользовался мной. Который лишил меня девственности, пообещав другой. Хорошо, что в тот раз он был в презервативе.
Я разворачиваюсь и бегу по лестнице.
–
Рука хватает подол моей футболки, и он тянет меня на две ступени вниз, затягивая в нишу между кухней и гостиной. Я морщусь, когда ощущаю запах алкоголя и крови.
Его глаза опухшие, с нижней губы капает кровь прямо на ботинки. Пьяный Пенн – не думала, что еще хоть раз увижу его таким после того дня. Он обычно встает в одной и то же время, в любую погоду и идет на тренировку, всегда похожий на пачку новеньких купюр из банкомата.
– Что ты хочешь? – шепчу я и ощущаю себя такой хрупкой в его руках.
– Поцелуй.
Я отталкиваю его челюсть. У него нет шансов.
