Во-первых, Веронике даже не приходило в голову, что муж готовился к смерти. Точнее – к тому, как распорядиться имуществом после смерти.
Однако, как оказалось, существовало завещание.
Во-вторых, против ожиданий Вероники, Фернандо ни словом не упоминал женщину, которую, как думала Вероника, любил – Росу Флорес. В завещании упоминались несколько родственников Фернандо. Но в основном все его имущество и деньги переходили к жене и дочери.
И в-третьих, она не подозревала, что после смерти мужа станет богатой женщиной. Кроме особняка, Вероника получила право распоряжаться несколькими счетами Фернандо, на которых накопились немалые суммы.
Когда Вероника рассказала обо всем этом отцу, а затем своей подруге Марии и Альдонсо Ривере, все трое чуть ли не в один голос стали убеждать ее переехать в Мехико и жить там.
– Вероника, тебе просто нет нужды работать у меня, – говорил Альдонсо Ривера. – Ведь у тебя столько денег, что ты на одни проценты можешь безбедно существовать до конца жизни.
– Но мне нравится работа! – пробовала возражать она.
– Неужели тебе нравится, что воспитанием твоей дочери занимаются посторонние женщины? – говорил Ривера. – Никто так не воспитает дочь, как ее родная мать… Подумай, ведь твоя Валентина многое теряет!
Вероника не знала, что возразить.
– Милая, вам с дочерью нужно держаться вместе, – говорила подруге Мария Тольса. – Она – твой единственный ребенок! К тому же, теперь девочка лишилась отца…
Наконец, решение было принято, и Вероника вместе с дочерью окончательно переселилась в Мехико.
Вероника не звонила прежним друзьям Фернандо, ей было неприятно поддерживать с ними отношения. Что Гонсалесы и Альтамирано могли обсуждать с ней? Дальнейшую жизнь Росы Флорес?
Женщина предпочла жизнь затворницы, находя радость в воспитании дочери.
Другое отношение у Вероники было к Раулю Сикейросу и Федерико Сольесу. Может быть, потому, что мужчины не знали подробностей семейной жизни Фернандо и Вероники. Может быть, Веронике было приятно их постоянное бодрое настроение. Вполне возможно, что ей были важны и знаки внимания, которые оба журналиста проявляли по отношению к ней, при этом не требуя от нее ничего взамен.
Чем-то Сикейрос и Сольес напоминали Веронике Альдонсо Риверу, который остался в Гвадалахаре.
Сикейросу предложили место в редакции «Новедадес», которое прежде занимал Монтейро. Приняли на работу и Федерико Сольеса.
Приятели были неразлучны, и потому вместе явились к Веронике в одно из воскресений.
– Добрый день! – немного смущенно поздоровался Рауль Сикейрос. – Вероника, я прошу у тебя тысячу извинений, но я просто не мог не приехать…
Оказалось, Рауль Сикейрос приехал именно по поводу своего назначения заведующим отделом фельетонов «Новедадес». Он решил, что должен узнать мнение Вероники на этот счет.
Вероника накрыла на стол и, только накормив гостей отбивными, ответила, что весьма рада, поскольку место мужа досталось не кому-нибудь, а Раулю Сикейросу, его старому другу.
Федерико Сольес с увлечением играл с Валентиной. У Вероники теплело на душе, когда она видела, как радуется дочь.
Когда скромное угощение, поставленное хозяйкой на стол, было съедено и разговор окончен, толстый маленький Федерико на прощание взял Валентину за руки и сказал, серьезно глядя малышке в глаза:
– Валентина, будь всегда рядом с мамой!
Вероника подумала, что будет рада посещениям этих мужчин, друзей ее покойного мужа.
…Вечером, после того, как гости уехали, Вероника уложила Валентину спать. Потом она долго размышляла о своей жизни, глядя в окно.
За окном темнело. Когда на улице зажглись фонари, Вероника вздохнула и вошла в комнату дочери.
Девочка спала, и мать нежно погладила ее лоб.
Валентина проснулась.
– Что такое, мама?
Вероника присела на корточки у кровати.
– Извини, малышка… Я не хотела будить тебя. Мне так грустно и одиноко. И я почему-то боюсь за тебя…
Валентина смотрела на мать сонными глазами.
– Не бойся, мама, – сказала она. – Мне тепло, и у меня есть ты…
– Валентина, милая, – прошептала Вероника, проводя рукой по волосам дочери. – Ты у меня осталась одна…
Девочка прижалась к ладони матери щекой.
– Ты спи, а я немного посижу с тобой, хорошо? – предложила Вероника. – Может быть, хочешь лечь со мной?
Валентина отрицательно покачала головой.
– Нет, мне хорошо здесь, и я не могу оставить своих кукол, – сказала девочка.
Прошло четырнадцать лет.
Валентина выросла, окончила школу. Вероника все эти годы была рядом с дочерью. Дочь стала смыслом ее существования.
Вероника была красивой женщиной, и многие мужчины ухаживали за ней. Но во второй раз Вероника замуж не вышла. В каждом претенденте на ее руку Вероника находила отрицательные черты.
Она боялась снова пережить измену, разрыв, недоверие к близкому человеку.
…Стояло лето. Первое лето после того, как Валентина закончила школу. Было воскресенье, и Вероника гадала, приедут ли сегодня Рауль и Федерико.
