Этот вопрос ее еще пока не волновал. С момента телефонного звонка Джервиса около полудня разум ее был словно заблокирован. В самолете они с Кэтлин, прижавшись друг к другу, плакали и не думали ни о чем, кроме того, что Бенедикт умер насильственной смертью на полу конюшни.
- Обсудим это попозже, - сказала она. - После похорон.
Возвратится ли Дуглас в Мезон-Лаффит, в нелепый дом, принадлежащий ему точно так же, как и ей? Если только оба они не окажутся в доме Констана...
Она встретилась взглядом с братом.
- Тренер - это ты, мисс... - произнес он, почти идеально подражая голосу Бенедикта.
В долю секунды она разглядела все ожидающие их сложности и едва удержалась от слез.
- Я хотел тебя рассмешить, - успокоил Дуглас, - это не ирония и не злой умысел.
Она не считала его злым, но непоследовательным, незрелым - да. И еще, возможно, его раздирало желание взять реванш.
- Будь спокойна, Аксель, я не собираюсь приезжать, чтобы вставлять тебе палки в колеса. Я рассчитываю пробыть здесь еще какое-то время, чтобы завершить начатое обучение.
Она в изумлении отступила назад, не сводя с Дугласа глаз. Он заерзал в кресле, избегая ее взгляда, и у Аксель появилась уверенность, что он что-то скрывает. Решение продолжать жить в глуши Саффолка было совершенно неправдоподобным, для этого должны были быть какие-то основания.
- Тебя так увлекло разведение лошадей? - недоверчиво спросила она. - Ты пережил откровение, честное слово!
- Я открыл для себя массу интересных вещей. И сейчас у меня нет желания возвращаться во Францию.
Если он врал, то требовать дополнительных объяснений смысла не имело. Решительно, это был день тайн - начиная с секрета Грейс и заканчивая странным поведением Дугласа.
- Пойдем к остальным, - предложила она.
Держаться единой, сплоченной семьей казалось ей важнее, чем вникать в душу Дугласа.
- Пойдем, - повторила она, протягивая руку.
Он был ее младшим братом, ее младшим упрямцем, и она всегда любила его. Но она не позволит ему скомпрометировать будущее конюшни Монтгомери - творения Гаса, Бена, а сегодня - ее.
* * *
Ингрид, у которой был зверский аппетит, заказала второй горячий бутерброд с сыром и ветчиной и еще один зеленый салат. Когда она предложила Ксавье спуститься вместе пообедать в бистро на углу, он смутился, но, едва усевшись напротив, она тут же расставила точки над «i». Ни озлобления, ни конфликта, никаких комментариев по поводу вчерашнего инцидента.
- Я навоображала себе невесть чего, только и всего. Но ты тут ни при чем, будь уверен! Мы видим друг друга целыми днями - Лоран, ты и я, и вот... В любом случае, больше не будем об этом говорить, никогда. Договорились?
- Клянусь.
- Опять невыполнимые обещания? Ладно, скажи-ка лучше, как у вас - у тебя с твоей блондинкой. Ты действительно сходишь по ней с ума?
- Я боюсь этого.
- Боишься? Чего ты боишься? Быть влюбленным? Ах, эти мужчины, что за кошмар!
Она набросилась на только что поданный ей бутерброд, а он раздумывал над ее словами. Вот оно что! Он боялся этого всеохватывающего чувства, которое не да- рало думать ни о чем другом. Мысли об Аксель не отпускали его еще и потому, что сейчас она была недосягаема. Она срочно уехала в связи с кончиной деда и, без сомнения, пробудет там несколько дней. Когда он услышал в телефонной трубке ее плач, его охватило непреодолимое желание оказаться рядом, утешить, но было ясно, что это невозможно. А когда она возвратится, у нее, конечно, не найдется для него и часа.
- Мы такие разные, - вздохнул он, - вот что меня волнует. Ты знаешь, до какой степени увлекает нас работа, но ее, я думаю, - и того хуже.
- Если ты хочешь только переспать с ней, работа не помеха, вы выкроите пять минут на бегу! Нет, не дуйся, я шучу. Но если ты хочешь просить ее руки при свете луны и под переливы гитары, прежде хорошенько подумай. Лебедь, рак и щука... У тебя есть желание всю жизнь слушать о лошадях?
- Не думаю.
- Тогда это проблема. Я бы, например, типу, который станет мне говорить, что я его утомляю своими рассказами о вирусах, навигаторах и системах эксплуатации, тотчас же дала бы от ворот поворот.
- Говорить легко, но если ты без ума от него...
- Это не повод от всего отказываться. Делать вид, будто ты - кто-то другой. Отрекаться от того, что любишь, ради любви - извращение.
- И все-таки есть люди, которым это удается, - возразил он. - Люди, которые не разделяют пристрастия друг друга, но находят другие точки пересечения.
- Разумеется. Кроме того, по твоим же рассказам, с этой блондинкой у тебя никогда не будет ни дня отпуска, ты никогда не поваляешься утром в постели и не поужинаешь при свечах, потому что ее голова падает в суп в десять часов вечера! Ты готов принять такой образ жизни?
- Прекрати называть ее блондинкой.
- Почему? Она что, ненатуральная блондинка?
- Ингрид…
Продолжай она в том же духе, ей все-таки удастся испортить ему настроение, потому что
- Мне жаль, Ксав. Я умываю руки, потому что с трудом представляю, как ты выпутаешься из этой истории. Впрочем, бывали случаи и похуже твоего, которые заканчивались хэппи-эндом!
- Правда, ты такое знаешь?
