Действие любовного романа Линды Ланг Бартелл происходит в средневековой Италии. Прекрасная дочь принца должна стать женой незаконнорожденного цыгана, которого она ненавидит. Смертельная опасность, угрожающая ему, дает отличную возможность избежать нежеланного брака… Преодолеет ли истинная любовь преграды, возникшие на ее пути, полюбит ли Джульетта своего красавца-жениха?
Благословляю сладость первой боли,
И в сердце, и в судьбе переворот,
И стрел любви рассчитанный полет,
Когда отбить удар не в нашей воле.
— Спаси его, Маддалена!
В тишине ночи слова прозвучали негромко, но настойчивость, с которой произнес их принц Монтеверди, глядя прямо в глаза пожилой женщине, придавала им вес.
— Обещаю тебе все в пределах моих возможностей.
Сверкнула молния, ее ослепительный огненный узор на какое-то мгновение превратил ночь в день, как будто само небо подкрепляло обещание принца.
Гроза ушла, оставив после себя только редкие вспышки молний и приглушенный рокот отдаленного грома. Мерцающий костер неясно освещал фигуры четырех человек.
Внезапно налетел ветер. Оживший огонь выхватил из тьмы лицо цыганки, окрашивая его в розовато-золотистый цвет, на резких, все еще красивых чертах заплясали тени, странные ярко-голубые глаза засияли, как два сапфира.
Дюранте де Алессандро опустил взгляд на раненого слугу, лежавшего между ними на одеяле.
— Ты должна спасти его, — с отчаянием тихо повторил он, глядя в ее глаза.
— Si, principe[2], а потом меня сожгут за колдовство, — она говорила с сильным цыганским акцентом.
— Фу! — усмешка исказила приятные черты принца. — Ты, конечно, должна знать, что я не суеверен, мой брат Витторио — тоже, — он кивнул в сторону второго мужчины. — Никто не узнает, как ты это делаешь, даю слово Алессандро, а если кто-то заинтересуется, ты будешь под моей защитой.
Раненый, лежащий на боку, тихо застонал, его темные ресницы дрогнули и снова замерли. Он вздохнул, не открывая глаз.
Данте почувствовал, как холодок страха коснулся сердца. Аристо умирал. Врачи Флоренции ничего не могли сделать, только качали головами, признавая свое бессилие. Но Аристо сам подал надежду своему хозяину.
— Мад-да-лена, — прошептал он, — Zingara.
Конечно, Маддалена была одной крови с Аристо — цыганка. И вот он здесь, со своим братом, буквально выпрашивает помощь у женщины по имени Маддалена.
— А почему ты хочешь спасти этого человека? Он ведь был лакеем зловредного епископа Флоренции. Человека, который тогда мог бы убить тебя и твою жену?
— Аристо спас мне жизнь, женщина. Неужели при твоей мудрости, твоем даре ясновидения, ты не понимаешь? Он спас от епископа la principessa[3]. Потом убил своего господина, чтобы спасти меня. Он хороший, смелый человек и нужен нашей семье. Аристо не должен умереть.
Цыганка пристально смотрела на него, будто хотела заглянуть в сердце, в самую душу. Принц уловил запах дыма и необычных духов. Ветер ласкал его лицо.
— Все, что в твоей власти, говоришь?
Данте взглянул на Аристо, подавив внезапное желание перескочить через костер и задушить эту женщину. Карлик наверняка Долго не протянет.
— Si.
Маддалена выпрямилась и подошла к лежащему Аристо. Склонившись над ним, осмотрела две кинжальные раны на спине.
— Тогда оставьте нас, сделаю все, что смогу. Пошлю за вами, если он будет вне опасности.
Данте хотел что-то сказать, но передумал. Тон был понятен — цыганка прогоняла их. Он медленно распрямился, взглянул еще раз на Аристо, повернулся и пошел к ожидающему его брату.
— Время пришло, Ваше Превосходительство.
Принц Монтеверди отложил перо и поднял глаза на маленького человека, возникшего напротив его стола. Несмотря на жутковатую манеру слуги появляться и исчезать почти бесшумно, Данте привык, что Аристо движется подобно тени, и не выразил удивления.
— Маддалена?
— Si, — дребезжащим голосом ответил слуга.
На какой-то миг принц уловил слабый запах розовой воды. «Боже мой», — он подавил улыбку, прикусив нижнюю губу. Но это все же лучше отвратительной асафетиды, которой раньше Аристо намазывал тело, чтобы отвратить зло.
Прежде чем Аристо успел ответить, Данте встал из-за стола. Солнце коснулось золотистых волос, очертило незаурядный профиль принца. Он подошел к Аристо. Контраст их роста и внешности был поразительным. Данте — высок и наделен чертами Адониса, слуга — карлик с заметным горбом и по-обезьяньи уродливым лицом.
Но теплые темные глаза говорили каждому, кто видел не только физический облик, что Аристо умный и добрый человек. Человек, который прошел ад и вышел из него живым. Человек, который не стал после этого хуже. Аристо покачал головой.
— Может, лучше, если бы вы дали мне умереть, principe, — спокойно сказал он. Данте помрачнел, его глаза сузились.
— Ну, ну, maestro[4]. Ничто не заставит меня пожалеть об обещании, данном Маддалене, а менее всего то, что ты живешь с семьей Алессандро в Кастелло Монтеверди.
Карлик покраснел от смущения и опустил глаза, чтобы вернуть спокойствие.
— Grazi[5], Ваше Превосходительство.
Данте положил руку на плечо Аристо.
— Теперь рассказывай. Что сказала Маддалена?
Карлик посмотрел в глаза хозяину.
