Не сводя с меня взгляда, он опустил ладонь между нашими телами и медленно размазал влагу по клитору. Инстинктивно сжав бедра, я закусила губу и вцепилась ногтями в мягкий ковер, потому что терпеть не было уже никаких сил…
Стремясь побыстрее перейти к действиям, желая почувствовать его внутри себя, до стона, до дрожи, я решительно схватилась за его ремень, кое-как расправилась с ним, после потянулась к ширинке и задергала молнию на джинсах, которые стали ему слишком тесными. Спустив их ниже вместе с боксерами, я сильно сжала пульсирующий член в ладони и двинула рукой, заставив Сергея издать такой необходимый мне стон.
- Марта…
- Давай… - мне хотелось прервать изнурительную прелюдию, о чем я всеми силами пыталась ему намекнуть. - Сейчас… Я больше не могу…
Сергей сунул руку в карман, но, судя по всему, не обнаружил искомого, и даже слегка притормозил.
- Я пью таблетки, - шепнула ему чистую правду. Раньше в этом не было потребности, но теперь, когда в моей жизни появился Кайдалов, стоило заранее позаботиться о неминуемых последствиях, которые были не нужны ни мне, ни ему.
И я, стирая заминку, совсем потащила с него чуть спущенные джинсы, справедливо рассудив, что не одной мне валяться на полу без одежды. Кайдалов охотно мне помогал, не забывая одновременно выжигать пламенные искры на моем теле. Смутно сознавая, что надолго меня не хватит, я сомкнула ноги на его пояснице и двинула бедрами вперед.
Когда он вошел в меня, растягивая изнутри, я, не сдерживаясь, громко застонала – это было лучшее, что я когда-либо испытывала в своей жизни. Прошлые разы не в счет, ведь только сейчас мы по-настоящему свободны и можем вытворять все, что угодно, пить друг друга до самого дна, срывая горло, не боясь за сохранность своей репутации. Хотя о чем это я? Сергею плевать на мнение окружающих, а мне… все равно. С ним, лишь бы с ним.
Он двигался во мне все быстрее, постепенно ускоряя темп, и каждое его движение уносило меня все дальше и дальше, куда-то за пределы разумного. Я выгибалась от удовольствия, впивалась ногтями в его плечи, все сильнее притягивая к себе, двигая бедрами в такт его проникающим движениям. Наконец-то нас ничто не сдерживало – мы остались вдвоем в моей квартире, и вокруг не было никого, кто мог бы помешать нам в самый ответственный момент. Я чувствовала эту пленительную свободу, раскрывалась все сильнее, позволяла волнам наслаждения подбрасывать мое разомлевшее тело, краем сознания фиксируя какие-то непонятные слова, льющиеся мне в ухо самым невероятным, самым любимым голосом. Сейчас я при всем желании не могла разобрать ни единого слова, но это было и неважно, неважно…
Тот омут, грозящий закрутить меня на самое дно, вдруг растворился, и в моем сознании четко проступила мысль – осталось только извилистое подводное течение, опасное течение, которого мне следует опасаться. Омут был не так страшен уже хотя бы потому, что, маня в самые глубокие пучины, обещал быстрое избавление от недавних мучений. Эта же сила – новая, неизведанная – грозила унести в неизвестном направлении, а что ждет там, впереди, нельзя предугадать наперед.
Напряжение внизу достигало своего предела. Я в последний раз сжалась, выгнула спину и, чувствуя, как стремительно лечу куда-то глубоко в пропасть, затряслась от нахлынувшего оргазма, закричала…
Меня разрывает на сотню мельчайших частиц; что-то неясное, до сих пор тихо дремлющее внутри меня, вдруг прорывается, прорастает корнями глубоко, прямо в душу, и я, корчась в сладкой агонии, уже знаю наперед – удалять эти корни будет больно, невыносимо больно.
Еще движение, и Сергей присоединился ко мне, шумно дыша, смыкая ладони на моем расслабленном теле. Мы лежали в обнимку прямо на полу, закрыв глаза, успокаивая бешеное сердцебиение. Мне казалось, что я достигла своего предела, однако смутное предчувствие, что сегодня мне вряд ли удастся поспать, с каждой секундой становилось все крепче…
***
Будильник ожил, как обычно, в половине седьмого утра. Я сонно заворочалась, не понимая, почему по крайней мере половина моего тела обездвижена, и только протерев сонные глаза сообразила, что Сергей подгреб меня под себя и для верности устроил руку на моей талии. Тотчас вспомнилась бессонная ночь, и это нескончаемое безумие, которое происходило всего каких-то пару часов назад. С ума сойти…
Будильник все звенел, и я попыталась выползти из-под Кайдаловской руки, что мне, кстати, удалось. Найдя телефон, отключила назойливый звук, обернулась назад и тут же наткнулась на мутный взгляд своего любимого преподавателя.
Сергей уже не спал и даже не делал вид – лежал с таким видом, будто это я нахожусь у него в гостях, и, кажется, вообще не собирался двигаться.
Другая мысль хаотично стукнула в голову – Кайдалов здесь, в моей постели, это утро мы встречаем вместе. Обалдеть! Это вам не яркие встречи в малоподходящих местах, это… Нет, не отношения, но, скажем, первые оповещающие звоночки.
