- Вот и хорошо, - заметно приободрилась Алла. – Знаешь, Серега может и дальше использовать тебя по первой необходимости, тем более, если ты позволяешь ему так делать. Но мне жаль тебя, и поэтому я решила все рассказать, чтобы избавить, так сказать, от лишних мучений. Иногда лучше сразу вырвать болящий зуб, чем оттягивать неприятный момент, то и дело заглядывая к стоматологу.
- А если не перебарщивать с шоколадом, то можно сохранить зуб в целости и сохранности, - парировала я. – Если это все, что ты хотела мне сказать…
- Почти все. Марта, я не хотела начинать эту тему, но ты сама вынуждаешь меня так поступить. Не строй никаких иллюзий и не думай, что Серега когда-нибудь сможет тебя полюбить. Это бред. Развлечься пару раз – запросто, а для более серьезных чувств у него уже есть девушка.
Чушь. Эта змея нарочно провоцирует меня, пытается ударить по больному, вывести из равновесия… а если нет?
Предательские небеса затянулись сизыми облаками; откуда-то сверху мощными потоками хлынул отрезвляющий ледяной дождь. Хмурые седые нити прошили все вокруг, и стало холодно, так холодно, что захотелось немедленно завернуться в теплое одеяло, забиться в нору поглубже и, тихо дрожа, ждать окончания бушующей непогоды. Примерно такой эффект оказали на меня меткие слова Аллы.
- Не веришь? – усмехнулась девица, изогнув очень тонкую, нарисованную левую бровь. – Мне незачем тебя обманывать.
- Допустим, - сказала сухо, все же передумав уходить. – Почему тогда они не вместе?
- Знаешь, они любят друг друга, и однажды обязательно будут вместе, но прежде всего им нужно подождать, когда Серега повзрослеет, и все его бзики пройдут.
- А если по-русски?
- Да что же непонятного? – Алла вспылила. – Мой брат тот еще упрямец, и пока в его мыслях свищет ветер, он будет делать все, чтобы досадить отцу и дяде. А эта девушка, к его глубокому недовольству, нравится всем членам нашей семьи, а потому автоматически становится недоступной для него самого. Таким образом, из-за глупых давних разногласий он мучает и себя, и ее, но очень скоро – я уверяю тебя – у них все будет хорошо.
- Отлично, - я поднялась, показывая, что дальнейший разговор меня не интересует.
- Что – отлично? – Алла тоже вскочила на ноги и встала как раз напротив меня. – Скажи, тебе нравится быть крайним вариантом, которым пользуются, только если сильно прижмет? Послушай-ка меня и убирайся из жизни моего брата, потому что он никогда не будет относиться к тебе иначе, чем к девочке на ночь.
В два счета я преодолела полметра, которые нас разделяли; Алла стала откровенно действовать на нервы, что выводило меня из себя. Девушка, не ожидавшая этого, машинально отступила на пару шагов, но я вновь пресекла возникшее между нами расстояние, совсем оттеснив ее к стене. Глаза Аллы панически забегали вокруг, да и спеси у нее как-то резко поубавилось.
- Послушай сюда, - позвала я, глядя прямо в глаза Аллы. – Мне больше не интересно то, что ты говоришь, поэтому потрудись найти себе другого слушателя. А я уж как-нибудь сама разберусь со всем, можешь не беспокоиться.
- Как знаешь, - зло проговорила та, и вдруг сквозь ее искривленные губы просочилась усмешка. – Обалдеть… Ты напомнила мне его мать, такую же наивную идиотку, ловко изображающую роль вечной жертвы.
Я резко развернулась и, больше не говоря ни слова, быстрым шагом пошла прочь.
***
Трудно сказать, что я чувствовала после разговора с двоюродной сестрой Сергея. Мои руки дрожали, когда я пробовала сунуть ключ в замок зажигания, тряслись мелкой противной дрожью, когда я пыталась выехать с университетской стоянки. И когда моя машина неловко вклинилась в общий поток других автомобилей, я все никак не могла избавиться от охватившего меня озноба.
Чертова кукла! Конечно же, она врет, а я, как последняя идиотка, наивно ведусь на ее слова, спешу сделать свои выводы, даже не переговорив предварительно с самим Сергеем. Мне кажется, я успела кое-что понять о нем: он может сколько угодно выкручиваться, витиевато скользить с темы на тему, ловко пудрить мозги, но соврать в лицо собеседнику – вряд ли.
Или же я ни черта не смыслю в людях, и все это время только и делала, что заблуждалась, скользила в тумане искусно сплетенной лжи, как тот ежик из старого мультфильма, и все пыталась найти что-то… Чего на самом деле никогда не было и быть не могло. Тоже вариант, кстати, и тоже имеет право на существование.
Зазвонил телефон. Я все же свернула к обочине и остановила машину, прежде чем ответить, хотя в другое время обязательно приняла бы звонок, управляя автомобилем.
Звонили из конторы – меня там ждали. Я с трудом подавила проклятье, злясь на себя за то, что забыла обо всех своих обязанностях, однако скоро обещала быть. Папка с материалами проекта сиротливо валялась на заднем сидении, поэтому не было смысла заезжать домой, и я отсюда же направилась к конторе. Там пробыла чуть больше часа, все это время усиленно пыталась напрячь мозги в правильном направлении, но какое там…В конце концов, мое присутствие стало необязательным, я тихо сгребла свои вещи и потащилась к выходу.
